— А об этом вы с ней говорили?
— Очень часто. Работа в социальном обеспечении была для нее очень важным делом, как вы знаете. — Он приостановился. — Собственно, как раз этого вы, может быть, и не знали. Но это действительно было так. Единственной причиной того, что мы… что мы так и не поженились, было то… ну, что она хотела до замужества закончить учебу.
— А где вы бывали, Берт, когда вам хотелось куда-то пойти? Были у вас какие-нибудь любимые места?
— Нет, просто гуляли. Заходили иногда в кино или на стадион.
В комнате вдруг воцарилась тревожная тишина.
— Она была… — продолжил было Клинг, но тут же оборвал себя.
Тишина становилась невыносимой.
— Берт, а не мог бы ты припомнить каких-нибудь ее идей относительно работы в социальной области? Может быть, она обсуждала с тобой какие-нибудь ее аспекты, не помнишь?
— Да, что тут сказать, почти никогда таких разговора у нас не возникало. Ну, если только это как-то не касалось работы полиции, понимаете?
— Нет, не понимаю.
"— Ну, например, когда у нее возникали сомнения относительно законности тех или иных действий. Или когда она считала, что мы оказываем дурную услугу городу. Вот так, например, она рассматривала нашу борьбу с молодежными бандами, считая ее никуда не годной. Она говорила, что мы не умеем найти к ним подход.
— А в чем же, по ее мнению, мы не правы?
— Видите ли, она считала, что нас в этом деле больше всего интересует правонарушение, понимаете? Ну, например, парнишка в кого-то выстрелит и мы тут же на него напускаемся, не задумываясь о том, что у него алкоголик-отец или еще что-то в этом роде.
— А сама она работала с молодежью?
— Только в тех случаях, когда это было связано с ее подопечными. Многие из них имеют семьи, и там редко бывает все благополучно. Ну и, само собой, она часто занималась их детьми.