Но внутри сверлит адски больно!
«Не сходи с ума, Виктория!» — уговариваю я себя. Вчера ночью вы делали ребёнка. Потому что он этого очень хотел. Он сделал тебе предложение.
Да?.. А Борис тоже хотел… И тоже сделал.
Стеф не Борис. И близко.
«У других мужчин другие тёмные стороны…» — звучит у меня в голове мамин голос, полностью разрушая ощущение тихого счастья внутри меня.
Какие тёмные стороны у Стефа? Их ведь не может не быть?
Мне очень хочется написать ему или позвонить, чтобы почувствовать нашу связь и его любовь, но мне неудобно отвлекать его в такой страшной ситуации с Ксенией.
Переписываюсь с Ангелиной, узнаю, как самочувствие, рассказываю, что Стеф поехал к её дочери. Узнаю, что привезти…
— Илюш! Поехали?..
— Ещё чуть-чуть, мамочка!
Даю ему ещё немного пообщаться с новыми друзьями.
Встаю с лавочки. И только собираюсь позвать Илью, как…
— Виктория… доброе утро.
Задержав дыхание, разворачиваюсь.
Борис! Онемев, смотрю ему в глаза. Он в очках. А обычно носит линзы. «Очки» с ним случаются очень редко. Только в ситуации крайней усталости и стресса.
Опускает взгляд, задумчиво прикусывая губу. И поднимает снова.
— Не думал, что мы когда-нибудь окажемся в такой ситуации.
— Что тебе нужно?
— Поговорить.
— Я не хочу с тобой говорить.
— Я понимаю… — кивает. — Думаю, мне стоит начать с извинений. Прости меня. Я тебя… ударил. Это было на эмоциях.
Растерянно смотрю на него. Мне кажется, это первый раз в моей жизни, когда он не пытается обосновать какой-то свой косяк, а признаёт его и извиняется.
— Ладно… — недоверчиво смотрю на него. — Что тебе нужно?
— Я прошу тебя: вернись домой.
— Нет! — дёргается нервно моё лицо.
— Тори… так нельзя. У нас семья. Нельзя всё разрушить из-за одной ссоры. Ты клялась мне в верности.
— А ты мне в любви!
— Я люблю тебя.
— Никогда не смей произносить эти слова! Ты и понятия не имеешь, что за ними должно стоять!
— Каждый выражает свои чувства так, как ему это дано.
— Какую?!
— Верность, надёжность, благополучие.
— Если в этом нет живых эмоций, то это так мало для женщины…
— Это очень много. Ты поймёшь это потом, когда потеряешь почву под ногами.
Когда озаботишься вопросами выживания в этом мире.
— Может быть. Но я хочу рискнуть.
— Поехали домой, Тори.