Хочу почувствовать его оргазм… почувствовать этого мужчину!
Сжимаю его кисть, стиснувшую моё бедро. Дрожь и напряжение его тела — как подарок. Я чувствую счастье. Чистое. Мне так удивительно хорошо от осознания, что я могу давать мужчине такие ощущения! Такому мужчине! Я сомневалась, да. И практически поверила, что проблема во мне.
Вскрикиваю от слишком жёстких толчков. Пытаюсь проникнуть в его ощущения, вглядываясь, вчувствываясь в его вздрагивающее от удовольствия лицо… напряжённый изгиб бровей… застывший взгляд… налитые и расслабленные губы… И я опять взрываюсь, чувствуя, как он увеличивается внутри и скользит… Я вся там в его сперме… чувствую её запах… он бьёт в голову, отключая все страхи и сомнения.
Я хочу побыть в этом ещё немного… Ещё немного минут… Реальность, не возвращайся!
Но она возвращается. Вместе со звуком застёгивающейся ширинки.
Растерянно поднимаюсь с капота, оглядываясь вокруг. В голове всё ещё звенит. Я словно контужена…
— Вика… — прижимает меня к себе.
Я молчу… не сопротивляюсь… Всё уже произошло.
Прячу лицо у него на груди, пытаясь надышаться впрок его запахом.
Всё тело болит, как будто по мне пробежало стадо быков. Но мне почему-то очень приятны эта боль и усталость…
Обнимая его за талию, сижу на капоте. Смотрю на текущую воду… Он разбирает пальцами мои растрепавшиеся пряди. Чувствую, как прижимаясь к моей макушке носом, глубоко вдыхает запах волос.
Мои минуточки утекают вместе с водой. Реальность заполняет меня всё неотвратимее и плотнее.
— Стеф, — сглатываю я ком в горле. Отстраняюсь, отталкивая его ладонью в грудь. — Отвези меня домой. Мне нужно к сыну.
— Вика, — поднимает моё лицо ладонями, ловя взгляд. — Не сожалей об этом.
Обещаешь?
— Обещаю.
Взяв меня крепко за руку, усаживает в машину. И пока едем, он заставляет мои пальцы разжаться и соединиться в замок нашим кистям. Его руки такие тёплые и живые. Большой палец гладит, кисть сжимает меня. То сильно, то ласково.
В этот раз я не прячусь от камер на посте охраны. Меня всю выжгло. Эмоций не осталось. Страхи ещё не вернулись.
Мы останавливаемся там, где он забрал меня. Сдавливает мою руку до боли.
— Не возвращайся туда.
Желваки на его лице напрягаются.