Болигарды все поют просто ужасно.
Рассел почему-то вскинулся и с тревогой посмотрел на Дастиана, но затем успокоился и снова принял расслабленный вид.
— Но она же и танцевать не умеет! — из последних сил хватался за ручки дверей Домбар. — Как же я могу поставить ей высший бал?"
"— Я научу ее, — отвечал Эйнар, закрывая двери, но граф вставил ногу в бархатном туфле в дверной проем.
— Вы не успеете, ваше высокородие. Первый бал уже совсем скоро!
— А как же мы можем устроить бал, если вы будете объезжать невест, граф? Мы дождемся, пока вы вернетесь, если у вас на одну невесту будет уходить один день, то как раз через полгода встретимся.
Дастиан воспользовался замешательством Домбара, ловко выпихнул его ногу и захлопнул дверь прямо перед носом его сиятельства. Эйнар облегченно вздохнул.
— Примите мои искренние соболезнования, ваше высокородие, — сочувственно проговорил Северин, наблюдая за принцем, вытирающим рукавом вспотевший лоб. Иви привстала на носочки и промакнула ему виски белым надушенным платочком.
— Если бы я знал, что жениться так тяжело, родился бы девицей, — сказал он, одной рукой захватывая руку Иви, а другой отбирая у нее платок. Он обтер лицо и спрятал платок в карман. — Ну что, полетели. Предлагаю своим ходом, чтобы не возиться с моравами. Дастиан, повезешь Рассела, а на мне полетит Ивейна, ты же с нами, Ив? — он легонько дернул ее за руку. Иви счастливо кивнула.
Глава 18
К Пиковым Скалам принцы отправились в сопровождении целого кортежа, в число которых входили Рассел Северин и Ивейна, за две недели до поединка, по пути намереваясь остановиться на ночлег в апартаментах дома Верон.
Уснувшую Ивейну Эйнар осторожно достал из кареты, внес в дом и поднялся в мансарду. Он бережно уложил ее на кровать, а сам сел рядом, испытывая странные ощущения от знакомых с детства запахов, окутавших его мягким покрывалом. Он заполнил собой пол-мансарды и с удивлением смотрел на стены, которые совсем недавно казались ему высокими и крепкими.
Скрипнула лестница, по ступенькам поднялась сенора Верон и остановилась у двери.
— Пойдем ужинать, Эйнар, — когда они были вдвоем, Тона продолжала называть его, как в детстве, по имени, очень уж принц упрашивал, это была их тайна.