А еще Рас заметил, как мелькнула за ставнями рука, высохшая, старушечья, в коричневатых пигментных пятнах.
— Это зуб турона, покажешь его моей сестре, чтобы она вам не отказала. И самое главное, когда будете идти, все время идите вперед, что бы перед вами не происходило, — она так старалась вложить в эти слова побольше многозначительности, что Рассел понял. — Постарайся сейчас это запомнить, каким бы потом невероятным и невозможным это тебе казалось.
— Я запомню. Спасибо, — Рас спрятал зуб в карман, — я пойду, Эзара.
— Ты должен забыть меня, Рас, — она шептала, и он с ужасом понял, что она плачет, — найди себе другую женщину, красивую и молодую, Гедеона она хорошая, она тебе подходит…
— Какая Гедеона! — крикнул Рас и повторил уже тише. — Мне не нужна никакая Гедеона, мне нужна только ты, Эзара. И… прости меня, — он быстрым шагом направился к тропинке.
***
Ивейна старательно делала вид, что спит, чтобы сенора Кинара, с которой ее поселили в одном шатре, поскорее уснула.
Лагерь разбили прямо у подножия Пиковых Скал, неподалеку от Драконьего кладбища. Сразу за ним начинался Спящий лес и тянулся до самого Эрдамана. Орланы увязались за кортежем и теперь с криком носились наперегонки у самых вершин скал, которые были скрыты пеной белых, плотных облаков.
Орланы, на удивление, уже не казались такими откормленными — видимо, матушка Тона все же прислушалась к гневным речам Северина в прошлый их приезд. Ивейна тогда мало что разобрала, лишь отдельные фразы: «А если они правда…», «Сколько тут осталось…», «Ты с ума сошла, Тона…», «На кого они будут похожи…». И ничегошеньки не поняла.
С тех пор, как они прибыли к Пиковым Скалам, мэтра Северина как подменили. С утра и до обеда он тренировал Эйнара с Дастианом, а после до самой темноты бродил по Спящему лесу.
В остальном обычный лес, только уж больно темный, солнце там с трудом продиралось сквозь густую листву. Ивейна однажды напросилась пойти с мэтром девином, и он взял ее с собой. Следовало смотреть на кроны деревьев и определять, похожи они на королевские короны, или нет.