Я не смогу…
Как из этого выйти? Не получается!
Мы куда-то плывём на этой трепетной эмоции. Мне так жаль, что я не могу наполнить её ей доверху!
Яся целует меня в щеку. Расслабляется в моих руках. Сердца бьются…
Это самое близкое, что со мной случалось. Мне нужно как-то выплеснуть чувства, чтобы не взорваться от них.
— «И пофиг, что вы нас не запомните… — хрипя, пою ей на ушко. — Такими, как мы сейчас в этой комнате… Два солнца в темноте — это мы светимся…»
Сердце сжимается до боли, уходя в сверхчастоты.
— «И я шепчу тебе:..»
Не смею произнести это вслух.
— «Я люблю тебя…», — шепчет она сама.
Закрываю ей ладонью рот.
— Чч… — зажмуриваюсь.
Укладываю опять к себе на плечо.
Рисую по её волосам, пока она не засыпает. За окошком рассвет. Я не сплю. Что делать с этим? Я не знаю…
Глава 20 — За ручку
Солнце…
Лучи бьют в лицо, развеивая ночное волшебство.
Я рад, что мы не сошли с ума окончательно и не сделали ничего запредельного. Ну как рад…
Радость — это точно не то чувство, которое я испытываю, конечно.
О, мать его…
Но страдать я буду потом. Сейчас надо решать проблему.
Разглядываю дачу, на которой мы застряли. Убираю доски с гвоздями, на которые чудом не напоролись вчера в темноте.
Срываю с куста несколько ягод малины. Вкусные…
Забираю с уличного стола чашку, выливаю дождевую воду.
И хочется сорвать ей цветы. Здесь их много. Но нельзя… Это всe только усугубит. А нам надо как-то выныривать.
Мышцы ломит от вчерашних упражнений.
Кручу вентиль старого уличного душа. На голову обрушивается поток прохладной воды.
Ааа… Кайф!
Сдергиваю простыню. Закрываю глаза, растворяясь под струями и пытаясь смыть тоску, камнем лежащую в солнечном сплетении. Во рту вкус малины… Мне хочется разделить это утро с Ясей — солнце, душ, малину, возбуждение…
Но пусть лучше спит, от греха.
Возвращаюсь. Дома — жара. Открываю двери, запуская тёплый ветерок. Ставлю рядом с ней ягоды. Одеваюсь.
В какую сторону идти-то?
Вдалеке вижу пару тонких струек дыма. Кто-то топит печь. Запоминая повороты, иду по обочине, стараясь держать в голове направление.
Дождь настолько залил дорогу, что не видно даже следов от протектора. Но грязь начинает уже подсыхать.