Что там находится, я мог только предполагать, ведь изменения на корабле были весьма серьезными. Крюк посмотрел, заглянул в полость, выругался и вновь вернулся в пилотское кресло. Почти одновременно с этим я почувствовал запах горелого пластика.
— Крюк, мы горим или как? — спросил у него.
— Да я сам уже ничего не понимаю, — отозвался он. — Ты ведь тоже шахтер, вот сам и посмотри.
Пришлось мне слезать с полки и заглянуть в открытую техническую полость. Оттуда пахло горелой пластмассой.
— Что-то сгорело.
— Это я и без тебя понял.
Вообще я хотел сказать, что из меня шахтер, как из него балерина, но быстро передумал, решил, что пускай думает, что я шахтер.
— Далеко мы от станции? — спросил у него, заглядывая в техническую полость.
— Нужно разогнаться и прыгнуть. Потом ещё день в гиперпространстве.
— А что вокруг нас?
— Камни здесь одни, больше ничего нет. Вот смотри.
Он включил консоль перед ним и показал внешнюю обстановку. Мы находились в астероидном поясе.
— Что, нет здесь больше никого? Никто из шахтеров в этом месте ничего не разрабатывает?
— Лет пять как забросили разрабатывать этот сектор. Не осталось здесь ничего интересного.
— Да, не везёт.
— Чего ты там бормочешь, ты сможешь починить?
— Для того, чтобы починить, нужно знать, что чинить, и потом для починки нужен дроид или хотя бы диагностическая вилка, а ничего такого я у тебя не наблюдаю.
— Вот как чувствовал — не хотел лететь. Ты посмотри там, может, сумеем починить.
— Ладно, давай ещё раз внимательно посмотрим.
Честно говоря, я опасался что-то делать, из-за опасения оказаться к нему спиной. Очень удобное место для нападения.
— Что у тебя не работает?
— Вначале маневровые отказали, а за ними и маршевые.
— Маршевых у тебя сколько?
— Три, как у всех.
— Но, как я понимаю, они не штатные.
— Да, поменял.
— Слишком много ты поменял. Есть новая схема подключения двигателей?
— Нет. Да и не просил я схему. Зачем она мне? Я ведь не техник.
— Тогда как ты сейчас будешь искать поломку? У тебя больше половины корабля переделано?
— Не знаю.
— Вот и я не знаю.
Впрочем, вскоре я обнаружил причину поломки. Поломка была ерундовой по сути. Тот, кто делал ему корабль, сэкономил на специальных изоляторах, когда прокладывал новые энергошины через перегородку.