Наедине с драконом. От ненависти до любви с тобой

Рядом как раз находилось наше поместье. А я, само собой, находился в городе на учёбе в школе, готовился к поступлению в академию. Это меня и спасло. Прорыв пресекли, портал закрыли, но мою семью было не вернуть, как и всё потерянное имущество вместе с уничтоженными землями. Но мне на помощь пришёл друг семьи. Отец когда-то спас жизнь Томасу Дигби, и тот без раздумий принял меня в свой род сыном. Он указал мне путь в возможное будущее, а Тесса заставила меня встать и пойти по нему."

"Я потерял голову настолько, что решился сразу же признаться в своих чувствах, а она рассмеялась.

Выглядел я тогда, конечно, не очень: слабый, потерянный, ещё и в очках, но и одухотворённый появлением в моей жизни важного существа. И ладно бы Тесса просто поиздевалась, но она проявила жалость. Со всем свойственным ей воспитанием объяснила мне, почему нам не быть вместе. Я принял правоту её слов, изменил решение по поводу выбора факультета, тем более изначально хотел к жнецам. И попытался убедить себя, что эта девчонка не для меня.

Продержаться удалось месяц. Я буквально изнывал без её образа перед глазами. А она хорошела на глазах, становясь всё более недосягаемой. И я тогда решил достигнуть её уровня в желании получить возможность хотя бы коснуться: пахал как не в себя в астрале, чтобы скорее развить астральную книгу и получить своего дракона, корпел над учебниками, параллельно поедая двойные порции еды и посещая спортзал.

К концу первого курса меня было не узнать, я стал одним из лучших и приручил своего духа.

Тессария даже не обратила внимания. К тому же на тот момент она тоже избавилась от очков, подкачала астральную книгу, подтянула тело и подыскивала для себя второго духа. Я отставал. Так началось наше соревнование, о котором было известно лишь мне. Я пытался до неё дотянуться и старался не выпускать объект своей страсти из вида. Она шарахалась от меня. Здесь я оплошал, но ничего не мог с собой поделать, не мог справиться со своей одержимостью.

Незаметно подобрался последний курс, мы привыкли жить в своём противостоянии, а я вдруг понял, что скоро лишусь того, что стало частью моего существования.

Предстояло завершение академии, распределение на передовую. А там ждал и полный крах надежд. Приёмный отец мне всё прощал, старался идти у меня на поводу, ведь редко слышал от меня просьбы, потому я мог воспользоваться его расположением и отправиться на практику вслед за Тессой. Но был риск, что на тот момент она будет либо обручена, либо уже замужем.