– Не уверена, – отметил он, поджав губы, и постучал пальцами по деревянному подлокотнику кресла, в котором сидел.
Встреча проходила официально, в его кабинете, а мы с Тессой сидели перед его столом, словно провинившиеся адепты перед ректором.
– Мы только начали общаться, – ответила она упрямо.
– Из-за шантажа, – хмыкнул он, и внутренне я вспыхнул. – Но не будем о том, что нельзя обсуждать, а вернёмся к сути. Вчера состоялся разговор между мной и главой рода Дигби. Он сообщил, что намерен наделить вас, Хантер, всеми привилегиями и благами младшего сына, рассказал о ваших успехах и заинтересованности в вас императора.
– В моём роду не было людей, – произнёс я, тяжело сглотнув.
Отец разговаривал по поводу меня? Неужели предлагал союз?
– Это сложно проверить, – отмахнулся Рональд. – Но не так уж это и важно по сравнению со счастьем моей дочери. Вы же понимаете, я желаю ей лучшего.
– Папа, – залепетала Тессария, но замолкла, когда он поднял руку.
– Я понимаю, мистер Солсбери, и тоже желаю ей лучшего."
"– Рад это слышать. Моя дочь могла бы рассчитывать на союз с главой другого рода, но… я не тиран. Обещанные Томасом условия приемлемы, а на ваше происхождение я бы мог закрыть глаза. Но вы не получите одобрения, пока оба не будете уверены в своих чувствах и не докажете мне, что это не инстинкты и не мимолётное увлечение.
– Как это сделать? – на этот раз мой голос всё же дрогнул от волнения.
Я осознал, что Тессария по-настоящему может стать моей.
– Просто подождать. Мы с Томасом определим условия, составим брачный контракт. Если к выпускному Тессария будет уверена в своих чувствах, я позволю вам заключить союз.
– Папа! – Рия вскочила на ноги, оббежала стол и со слезами счастья на глазах повисла на шее отца.
– Будет тебе, – рассмеялся он, похлопав её по пояснице, но на меня посмотрел предельно серьёзно: – Ты обязан сделать мою дочь счастливой, Хантер.
– Сделаю, мистер Солсбери, – пообещал ему, ей и себе.
Больше нам ничто не могло помешать быть вместе.
Эпилог
Три месяца спустя.
– Наш ребёнок совсем большой стал. Пора заводить второго, – заявил Хантер.
Я чертыхнулась, глянув на него с изумлением, а Пловец воспользовался моим отвлечением и украл с моей руки кусочек пирога, которым я его дразнила.
– Эй! – возмутилась я, но наглый серый кот лишь облизался, краем глаза присматриваясь к моему, между прочим, марципановому лакомству.
Сегодня был особенный день.