Я ведь далеко не все свои возможности перед ними раскрыл, я лишь пытался показать, кто здесь главный. Ещё по итогам первой стычки предположил, что если так и дальше пойдёт, рано или поздно придётся самостоятельно прикрывать своих людей. Даже сдерживался иной раз, дабы враги раньше времени не поняли, с каким уникумом имеют дело.
Ничего, скоро поймут.
* * *Или я плохой актёр, или мне противники с повышенным интеллектом попались — не знаю. Несколько всадников за мной увязались охотно, но на этом всё — ни приближаться, ни, тем более, нападать, не торопились.
Желательно — все силы. Рядовое мясо в этом мире мало кому интересно, а вот даже низовые командиры этого мяса ценятся уже куда выше. Я ведь не просто так кое-какие навыки показал, я тем самым превратил себя в желанный приз. Тут ведь не Земля, тут свои особенности ведения военных действий.
И убивать должен не кто зря, а достойный представитель элиты.
Так-то обычному человеку против приличного аристократа ловить нечего, однако всякое случается. И вот ведь парадокс: иногда лучше позволить себя убить, чем прикончить противника. Ведь если благородная особа в бою гибнет от руки простолюдина, в большинстве случаев его ждёт мучительная казнь.
Ради усиленных недругов на войне устраивается особая охота, где задача рядового состава — лишь загнать, чтобы аристократ из командования настиг свою законную добычу без помех и сыграл в лотерею ПОРЯДКА.
Возможно, «почётный караул» просто ждёт прибытия того, кому предназначена моя шкура. Но знать наверняка я это не могу, и потому пришлось скорректировать курс, выбрав неудобную тропу, что забиралась на гряду холмов.
Лишь у вершины я смог, наконец, оценить то, что происходило дальше, так сказать «в тылу» десятка преследователей.
И улыбнулся.
Около двух сотен всадников шли тесной колонной. Причём не особо торопились.