Как и Лядов, я считал войну бесполезным занятием, всё назначение которого — причинять страдания одним и обогащать других. Но всё ограничивалось разговорами, ведь как изменить ситуацию, было непонятно. Помимо всего прочего Лядов твердил, что если Москва развяжет войну с УСФ, воевать отправят, в том числе, и княжеские дружины. И мне это совсем не нравилось.
Следующие два дня я встречался с людьми, которые были связаны с сектой «третьей ступени познания» или с поисками просветлённых.
Во вторник разговаривал со знакомым Иллариона, много времени посвятившим поискам потомков древних волхвов, якобы, обитающих на севере.
"О ритуалах в «общине» я тоже не узнал ничего. Они хранились в тайне. Не рассказал мне про них и Анна Васильевна. С ней так и не удалось пообщаться. Княгиня лежала под капельницами и почти не приходила в себя. По всем признакам ей осталось совсем недолго.
Второй человек, с которым я встречался, оказался журналистом.
А сейчас я ехал на последнюю запланированную на этой неделе встречу. Мы с Ирой нашли через интернет начальника нужного отдела НИИ, и я связался с ним. Возможно, кто-то назвал бы мой поступок глупым, но иного выхода, кроме как напрямую обратиться к учёным, я не видел.
Начальник отдела сперва отказывался со мной говорить, даже когда узнал, что я — князь. Зато когда я рассказал, что мне было видение пустыни с загадочными существами, он поколебался в своём решении и назначил встречу в Старой Руссе.
И теперь я ехал и думал, что меня ждёт. Расскажет ли учёный что-то важное и полезное, или я не узнаю ничего сверх того, что мы с Ирой и так вычитали на французских и немецких сайтах.