– Все нормально? – слышу тихий голос Димы и вздрагиваю.
Оборачиваюсь.
– Переговоры закончены, – поясняет он. – Ты выглядишь бледной.
– Ничего, – силюсь улыбнуться, а у самой губы дрожат и перед глазами все расплывается.
Он словно чувствует что-то. Делает шаг ко мне, и я, наплевав на все, утыкаюсь лбом ему в плечо.
– Чш-ш-ш… – Дима гладит мне по спине, – все нормально.
– До свидания, Марина! – говорит кто-то рядом.
Я отшатываюсь. Но это всего лишь клиент. Он улыбается, глядя на нас с Димой:
– Вы отлично смотритесь вместе.
"Дальше – новые встречи. Мы ездим по чужим офисам и производствам, договариваемся, заключаем контракты. К вечеру понимаю, что уже без сил, еще и новые туфли, которые Лена дала, натерли мозоль. Хочется сбросить их и вытянуть ноги, но осталась еще одна встреча. В расписании стоит: личное.
– Это не по работе, – поясняет Дима в ответ на мой взгляд.
– Значит, договор заключать не будем? – делаю себе пометку.
– Нет, это просто встреча с другом.
– М-м-м… – незаметно спускаю туфлю с больной пятки. Наслаждение! – Так может вы отпустите меня? Я вернусь в отель и займусь заданиями от Вадима.
– Нет! – звучит жестко и холодно.
Я удивленно кошусь на Диму. Что это с ним? В ресторане он меня поразил, когда обнял и утешил. Я уже решила, что наши отношения вернутся в прежнее русло, но ошиблась. Он держался предельно вежливо и… отстраненно, как положено хорошему боссу. Не пойму только, почему это меня задевает больше, чем его приставания?
– Вы сейчас исполняете обязанности моего секретаря, – поясняет он ровным тоном.
– Как скажете, – отвожу взгляд.
Так, отпроситься не получилось. Придется еще пару часов ковылять с мозолью на пятке.
– Но в отель мы заедем, – его голос смягчается. – Встреча назначена на девять вечера, так что у вас будет время подготовиться. Форма одежды – вечерняя. Мы приглашены в лучший ресторан города.
Через час я стою в задумчивости над кроватью, на которой разложены все мои вещи.
Делать нечего, приходится надевать эту двойку. Но в туфли я второй раз не влезу! Даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Поэтому, залепив мозоль пластырем, обуваю белоснежные слипоны.