— Что я должна помнить? — голос снова на секунду сорвался.
— Саша, твоего отца… Его не смогли спасти.
Меньше всего он хотел причинять ей боль, каждый день пытался доказать сам себе, что все это для ее же блага, что замкнута она в четырех стенах потому, что это для нее безопасней, что не имеет права жить как хочет, потому что так нужно для нее, а на самом деле… Так было удобней ему. Под видом защиты не отпускать от себя, под видом обеспокоенности лезть в душу, чтобы что? Он должен был сделать хоть что-то, чтоб Титов остался жив, чтоб ей не пришлось сейчас так убиваться.
"— Ненавижу!!! — она говорила искренне. Он сам себя ненавидел. Видел, как боль просит выход из израненной души и не мог сделать ровным счетом ничего.
Ярослав снова поймал потерявшую сознание девушку, поднял на руки.
— Саша? — он окликнул девушку, опустив ее на кровать. Нет, она его не слышит. Только дышит прерывисто. Разрываясь между страхом оставить ее даже на минуту и необходимостью что-то делать, Яр метнулся к телефону.
— Алло, Дима, найди мне врача.
* * *— Последствия стресса, — доктор-блондинка средних лет свернула фонендоскоп, возвращая его на шею, а потом окинула лежавшую перед ней девушку сочувственным взглядом. — Давление очень упало. Такое с ней впервые?
— Да… — стоявший у двери Яр переводил напряженный взгляд с врача, на Сашу, а потом обратно. — То есть, нет, — он почему-то вспомнил, как ей стало плохо в день накануне поездки в Лилль.
— Ну, значит, слабенькая у вас девочка, — женщина встала с кровати.
Слабенькая…
— Когда она проснется?
— Как организм чуть восстановится. Я сделала укол, проснется как огурчик. Пусть, главное, стрессов избегает. Если не хочет, конечно, падать тут и там, — улыбнувшись, женщина вышла из комнаты.
— Может, ей нужно что-то пить? — Ярослав последовал за доктором.
— Нет, пить ничего не нужно. С этим тоже нельзя переусердствовать. Просто отдых, никаких переживаний, может, переутомилась, может, разволновалась, вот это нежелательно, а так… Молодая, здоровая, зачем таблетками травиться?
— Сколько она может так проспать?
— Это уж я не знаю, может несколько часов, может, до утра.
Ярослав кивнул, принимая ответ. Если это способно ей помочь, он готов был создать все условия, чтобы она спала день, два, три, а когда проснулась, глаза больше не застилало то отчаянье.