Готовить Глафира его так и не научила…
— Проснулась? — оглянувшись, он улыбнулся Саше, делая вид, что не замечает растерянности, что глаза, размером в пять копеек — это норма.
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — не в состоянии толком справить с трясущимися почему-то даже сейчас руками, Саша опустилась на табурет, втупившись взглядом в повернутого к ней спиной мужчину.
Он снова оглянулся, улыбнулся, подошел, склонился к губам, а слова выдохнул в них прежде, чем поцеловать:
— Я люблю тебя.
На этом он не остановился, изогнулся дугой, так, что лицо оказалось на уровне пояса халата, поцеловал еще и его.
— И тебя я люблю.
Борясь с желанием растечься тут же карамельной лужей, Саша встряхнула головой.
— Об этом, — девушка выставила вперед руку, — ты ничего не хочешь мне сказать об этом? — ответом ей стал задумчивый взгляд голубых глаз. Он усиленно делал вид, что действительно задумался.
— Это запястье, — ее поцеловали в запястье, — Это большой палец, — поцеловали в него.
— Откуда? — посчитав, что его задача исполнена, она все поняла, Самарский подошел еще ближе, забрался под полы халата, горяча кожу новыми прикосновениями.
— А как ты думаешь? — он явно не был настроен на серьезный разговор, отвечал вопросом на вопрос, нежно касался кожи на шее, за ушком, что-то мурлыкал, не давая сосредоточиться и ей.
— Ты… Ты что… Ты хочешь? — озвучить собственные мысли, ей было невероятно сложно. Особенно сейчас, когда он так мешал.
— Я, — поцелуй в шею, — хочу, — в щеку, — чтобы ты, — в нос, — стала моей женой, Александра.
— Боже, — она готова была упасть со стула, не придержи ее руки мужчины, это точно бы произошло.
— Я могу считать это согласием? — взгляд Самарского вдруг стал серьезным, да и Саше смеяться как-то расхотелось.
Никогда, она ни разу в мыслях не доходила до подобного. Отношения, ребенок — да. Но ни разу она почему-то не соотносила подобное со свадьбой. Она Самарского со свадьбой не соотносила.
— Но ты уверен? — будто впервые, она посмотрела свою руку, а потом снова на него.
— В чем? Что я люблю тебя? Да. Что я хочу прожить с тобой жизнь? Да. Что я хочу, чтоб наш ребенок носил мою фамилию — да.