– Я перевела всего немногим более половины, – призналась Гиацинта. – Я гораздо больше забыла итальянский, чем думала. Я не предполагала, что столкнусь с такими трудностями.
– Она была прелестной женщиной.
– Вы были с ней знакомы? – удивилась Гиацинта. – С Изабеллой?
– Конечно, ее сын женился на моей дочери.
– Ах да! – Раньше ей почему-то это в голову не приходило. Интересно, известно ли леди Данбери что-нибудь об обстоятельствах появления на свет Гарета? Гарет уверял, что она ничего не знает. По крайней мере с Гиацинтой она никогда об этом не говорила.
Гиацинта хотела было спросить, но потом передумала. Какое она имеет право спрашивать? Все же...
Гиацинта стиснула зубы, словно боялась, что у нее вырвется вопрос. Она не может выдать секрет Гарета. Ни в коем случае.
– Ты съела что-то кислое? – леди Данбери. Деликатностью она никогда не отличалась. – Ты выглядишь больной.
– Я совершенно здорова, – притворно улыбнулась Гиацинта.
С того момента, как Гарет раскрыл ей свой секрет, она неутомимо работала над переводом. Вряд ли им удастся узнать, кто был его отец, но дневник Изабеллы был тем звеном, с которого можно было начать искать правду.
– Вот как? – Леди Данбери откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. – Почитай мне что-нибудь из дневника вместо этой дурацкой книги.
– Вы же не понимаете итальянский.
– Да, но это такой красивый язык, такой мелодичный и плавный. А мне надо немного поспать.
– Вы уверены? – Гиацинта достала дневник.
– Что мне надо поспать? Да, к сожалению. Это началось два года назад, и с тех пор я не могу существовать, не поспав хотя бы один раз днем.
– Нет, я говорила о дневнике. Если вы хотите уснуть, наверное, есть другие способы, нежели чтение на итальянском языке.
– Послушай, Гиацинта, ты предлагаешь спеть мне колыбельную? – хихикнула леди Данбери.
– Вы как малое дитя!
– Все мы дети.
Гиацинта раскрыла дневник. Она остановилась на весне 1793 года, за четыре месяца до рождения Гарета. Согласно тому, что ей удалось прочитать по дороге к леди Данбери, мать Гарета была беременна – по предположению Гиацинты – старшим братом Гарета Джорджем. До этого у нее было два выкидыша, что не улучшило ее отношений с мужем.
Но больше всего заинтересовало Гиацинту то, что Изабелла разочаровалась в своем сыне.