От того, как Велизар целовал меня, обнимал, поглаживал кожу, не прикрытую халатом, внизу живота появилось приятное томление. Спать уже хотелось не так сильно. Вернее, не хотелось совсем. Вот только немного саднящее ощущение все еще не ушло, даже после ванной.
— Точно, — выдохнул Велизар. И одним движением приподняв меня, уложил на подушки. Приглушенное освещение спальни создавало уютную и романтическую атмосферу. Вздохнула. Обняла Велика, устроившегося около меня. Взгляд остановился на противоположной стене.
— Не похожа я на себя, — пробормотала я, — Слишком красивая что ли.
Велизар рассмеялся.
— Такая, — проговорил он, вздохнул, — Спи уже.
— А кто рисовал? Еще и на всю стену, — спросила я.
— Художник. Спи уже, — вздохнул Велизар, прижимая мою голову к своему плечу.
Украдкой рассматривала свое изображение во всю стену, и под монотонный стук сердца Велизара уснула.
Проснулась, когда за окном забрезжил рассвет. Вернее, Велизар разбудил меня. Сначала подумала, что он опять хочет услышать мое признание.
— Все хорошо, милый, — начала шептать я, чуть приподнявшись в кровати. Обняла его. Пытаясь передать ему частичку своего тепла. Прижала его голову к себе, — Все хорошо.
Спустя несколько минут Велизар успокоился. Затих. Его руки, секунду назад, вцепившиеся в мою спину, расслабились. Увидела, как его веки дрогнули. Глаза открылись.
— Я скотина, солнышко, — невнятно проговорил он. Вздрогнула от звука его голоса. Столько сожаления было в нем, — Я, правда, самая последняя скотина.
— Велизарка, — прошептала я, касаясь своим лбом его лица. Скорее всего, он спит еще, просто кошмар никак не отпускает, — Глупости все. Ты самый хороший во всем мире.
Велизар отрицательно качнул головой.
— Нет, — хрипло пробормотал он, — Ты девочка совсем, а я…. Я ребенка хочу от тебя. А тебе семнадцать всего.
На глаза навернулись слезы. Ну, как его можно не любить? Заботливого и сильного, любящего и самого родного.
— Я люблю тебя, — проговорила я. Велизар моргнул, улыбнулся, — Вот только с детками пока подождем.