— Корнель, я надеюсь, ты придешь в себя и ответишь нам на вопросы, — спокойно пробасил Карс, аккуратно придерживая чиновника, чтоб тот не завалился на бок.
— Карс, какого темного? — закашлялся Корнель, — ты-то здесь откуда?
— Да вот… — пожал плечами Карс, переглядываясь с Ассандром, как раз к этому моменту прекратившим изучать свои ладони в поисках чего-то, одному ему ведомого, и подошедшим ближе, — отдых у меня… Отдыхаю, вот…
— Ты же на Севере… — Корнель опять закашлялся, и Карс торопливо подал ему воды, а после бережно уложил обратно на спину и водрузил на грудь огромную ладонь.
— А ты в столице должен был быть… — пробормотал он, закрывая глаза и сосредотачиваясь, — однако же оба мы почему-то не там, где должны находиться…
— Ты меня знаешь… — прохрипел Корнель, — я на месте не могу усидеть… И дела тут были…
— Да я вижу, что за дела… — кивнул Карс, — девочку зачем обидел?
— Дура потому что…
— Она переживала… Она помощь привела…
— А должна была уже за три дня пути отсюда быть! Дура! Нет нормальных людей, Карс…
— Мне ли не знать… Лежи уже, неугомонный… Я и без того не в форме…
— Вот и я… Откуда они эту дрянь взяли? Все силы напрочь снесло… — хрипел Корнель тихо.
Ассандр сел рядом с его кроватью, и, как Дон совсем недавно, уперся затылком о стену, прикрыл глаза.
А Карс, глянув на него, покачал головой:
— Что, дракош, никак?
Тот только оскалился злобно и холодно.
— Ничего, ничего… У меня потихоньку возвращается… Значит, это обратимо…
— Вопрос, когда… — подал голос Ассандр, — и сколько у нас есть времени…
— А вот девочка могла бы рассказать, — задумчиво ответил Карс, — она-то явно тут с пользой время провела…
— Без пользы… Дура… — пробормотал Корнель, но уже без первоначальной яростной злобы, — у нее другое дело есть, важное.
— Тебя спасала… — укоризненно покачал головой Карс.
— Я не важен, — прошептал Корнель, — а вот ее задание…
— Ну прости ее, она молоденькая еще совсем…"
"— Столько лет, столько работы… Знал же, что бабу — нельзя… Знал… — похоже, что Корнелю становилось хуже, он говорил все тише и тише, и Карс, выругавшись, убрал ладонь, встряхнул обеими руками, попил воды, подышал, словно в себя приходя, словно сейчас делал какую-то невероятно трудоемкую работу.
Близнецы, перестав переругиваться, затихли, следя за происходящим.