Девушка была выше среднего роста, где-то сто семьдесят пять сантиметров, возможно, и все сто восемьдесят, глазомер у меня так себе. Очень худая, грудь плоская, фигура в длинном сером платье, украшенном огромными яркими цветами, смотрелась нелепо. Интересно, это её мать так одевает? Хорошо подобранная одежда делает худенькую девушку очень привлекательной. Сейчас же Амалия с перекошенным лицом и в нелепой, не подходящей для нее одежде лишь отталкивала. Её возраст требует любви, ухаживаний, а не компании престарелой тетушки и поддакивающей ей матушки.
– Не хочешь объясниться? – поинтересовалась у Никиты поздним вечером, сидя на просторной кухне второго, нежилого дома.
Ругаться с кем-либо сил не было, полдня в лесу, потом помощь в переносе вещей. Никита без слов уступил свою комнату и комнату детей приехавшим родственницам.
Я, злясь, кипела, но не лезла, помня, что матушка помогла освободить Никиту.
Женщины, устав с дороги, потребовали горячей воды, которую Никита нагрел и принёс, ополоснулись и отправились отдыхать, отложив все разговоры на следующий день.
Мужчине-родственнику место определили на первом этаже, эту ночь они с Никитой проведут вдвоём на полу, на следующий день придётся придумывать что-то с мебелью.
– А что объяснить? – он устало потёр переносицу.
– Твою покорность, например. Почему твоя матушка раскомандовалась у нас дома? И разве она не знала, что ты живёшь в нищете, что твои дети голодают? Почему денег не присылала? Где твой отец?
– Ты хочешь узнать о моей жизни более подробно? – он поднял глаза.
– Хочу, а ещё хочу разобраться в реалиях этого мира.
– Виктория! – возмутился Ник. – Всё не так, как ты думаешь.
Никита, одним махом выпив кружку чая, начал свой рассказ."
"Родился он в семье генерала, который годами пропадал на поле боя. Мужчина женился на очень красивой девушке из знатного рода, она была миниатюрная, как куколка, добрая, но болезненная. Не перенеся тяжёлых родов, умерла.