— Господин судья, но если эта… Виктория была в сговоре с Порфирием? Она могла с помощью магии заставить несчастного думать, что это он сам решился на преступление! — возмутилась какая-то женщина.
— Послушайте, Порфирий полностью сознался под магическим артефактом, нет на нём никакого воздействия, но если вам будет спокойнее, то прямо сейчас возьмём магическую клятву с госпожи Ламарк.
Меня сдёрнули со стула и подвели к судье, тот, видя моё плачевное состояние, недовольно посмотрел на охранника в капюшоне.
— Положите руку на шар и поклянитесь, что вы не вступали в сговор с Порфирием, чтобы он избавил вас от супруга.
Мои пальцы легли на шар.
— Не вступала в сговор с Порфирием, мужа убивать не собиралась, — хриплые слова еле давались, хотелось пить.
Неожиданно жёлтые жгуты обвили моё запястье и тут же рассыпались.
— Магия подтвердила правдивость слов госпожи Виктории, — произнёс судья, отодвигая шар.
— Но если она высший маг… — вперёд вышла полная женщина.
— Сейчас наговорите, — отмахнулся судья.
Раздались смешки в толпе.
— Я не приму её в дом! — закричала женщина. – Я ближайший родственник моего несчастного брата! Девке не достанется и монеты, пусть забирает свои пожитки и убирается! Господин судья, консумации брака не было, она нашему роду никто.
— Тут вы правы, — поспешил успокоить кричащую дамочку судья. – Но Викторию сейчас и столичная родня не примет. Я, отвечающий за каждую жизнь, доверенную мне, обязан пристроить девушку хотя бы в работницы.
Ишь как хорошо стелет. Нахмурившись, посмотрела на судью. Не старый, лет пятидесяти, кожа лоснится, щёки пухлые, розовые, губы тонкие, практически не видно. Роста среднего, пузат.
— Я лучше к родственникам, домой, — попробовала возразить судье. Главное — выбраться отсюда, а там уж разберусь, с ума сошла или в чужой мир попала. Два солнца продолжали двигаться по небосводу.
— Нет, нет, тебя обратно не примут, тень вдовы будет преследовать тебя и там.
— Кому нужна вдова паучья?! – выкрикнула пожилая женщина. – Ваша магия могла и ошибиться, что, если она травила мужа… Нет…
— Раз так, то мне придётся взять Викторию Ламарк…
Ах ты жук-поганец, решил себе меня…
— Стойте, — негромкий мужской голос прервал судью. – Я возьму служанкой Викторию к себе.