Я успешно освоила программы для дизайна интерьеров и использовала свой художественный вкус, чтобы зарабатывать на жизнь. Получалось: не сотни тысяч миллионов, но хватало.
В Сочи рынок труда давно поделен, и своя так называемая мафия тоже была. Только клятые москвичи могли открывать с ноги дверь, в остальном рулили диаспоры. Крупным агентствам доставались жирные заказы — отели, апартаменты, офисы, а я раскручивалась через социальные сети и отсылала резюме вместе с законченными примерами проектов. Меня неожиданно пригласили на собеседование для дизайна особняка на Мацесте.
Сегодня привезут обстановку для одной из гостевых спален — возьму сына и пойдем принимать и контролировать. У Небесных трое детей: младшая возраста моего Егора, и они очень здорово играли вместе.
Я достала телефон и включила ютуб. Думала посмотреть что-то профессиональное, но приложение предложило видео про политику:
— Тимур Мантуров — олицетворение новой политической системы, — прочитала на автомате. Смысл дошел не сразу, а вот в груди сжалось и болью откликнулось.
Я ведь не искала, не интересовалась, не следила за ним. Вычеркнула из жизни, памяти и сердца так же, как и он меня.
Три года, и я снова могла увидеть бывшего мужа. И оценить, конечно. Изменился ли Мантуров? И да, и нет. Стильный строгий костюм, дорогие золотые часы, туфли, в которых можно увидеть отражение — все как и прежде. Темные волосы иначе уложены, серый взгляд жестче, в уголках губ морщинки и на лбу тоже — красивый взрослый богатый мужчина. Если мужчина холеный и породистый, то возраст только добавлял лоска и притягательной опытности.
— Тимур Викторович, вы попали в список самых богатых чиновников в этом году, — после сессии вопросов о его взгляде на политику ведущая перешла к щекотливым темам. Деньги и власть. — А точнее, — заглянула в планшет, — семьсот пятьдесят три миллиона в год. Вы продолжаете заниматься коммерческой деятельностью?
— Нет, — обаятельно и уверенно улыбнулся. Девушка даже зарделась и глаза отвела смущенно. Я фыркнула.