Целый час Ари не мог прийти в себя после оскорбительных слов Кристины. Злость и обида бурлили в его душе. Он никогда еще не был так возмущен поведением женщины. Но он терпел все это ради Тео. Конечно, он имел право на чувства, когда дело касалось сына.
Враждебность Кристины по отношению к нему была несправедлива. Он помнил, как красиво ухаживал за ней: засыпал ее подарками, говорил ласковые слова, которые хотят слышать все женщины, завоевывал и соблазнял ее, делал все возможное, чтобы доставить ей удовольствие. Он стал для нее лучшим первым любовником.
Был ли он виноват в случившемся? Он бы поступил по-другому, если бы знал правду. Тина могла бы стать частью его семьи и прожить все эти годы в роскоши, а не нести на хрупких плечах бремя матери-одиночки.
Но это было ее решение. Она не позволила ему вмешиваться. Если уж кто-то в этой ситуации повел себя подло и эгоистично, так это сама Кристина. Она лишила его радости отцовства.
Хотя… желание уберечь сестру не казалось таким уж эгоистичным.
И конечно, Кристину нельзя было сравнивать с мелочной Фелисити.
"«Ты заставил меня поверить в ложь ради своих корыстных целей», — вспомнились Ари ее слова. Во что он заставил ее поверить? Ответ нашелся быстро: Тина была молода, неопытна и, вполне возможно, приняла его ухаживания за проявление любви. Значит, его отъезд больно ранил ее, и она не смогла сообщить ему о беременности.
И она считала, что он может также поступить с Тео: навяжет ему свою любовь, а потом бросит.
Он должен завоевать ее доверие и доказать, что никогда не предаст ребенка.
— Он похож на греческого бога, — заметила Елена, восхищенно разглядывая Ари Завроса, направлявшегося к их столику на террасе, где они наслаждались утренним кофе.
Желудок Тины предательски свело. Когда-то она тоже так думала. Прекрасный грек со сверкавшими на солнце волосами, горящими янтарными глазами и отливающей бронзой кожей. И сейчас он выглядел так же шикарно. Этим утром он был одет в белые шорты и спортивную рубашку, которые выгодно подчеркивали его атлетическое телосложение, демонстрируя мускулистые руки, ноги и грудь.
Но на этот раз Тина не собиралась таять от одного его взгляда.
— Пришел с подарками, — заметила она иронично, увидев сверток, который он держал под мышкой.
— Для меня?! — восторженно воскликнул Тео.
Ари подошел к столу, широко улыбаясь сыну, и вручил ему огромный сверток:
— Да, это для тебя.