– Да что это за самодурство вы себе позволяете, Алена Игоревна?! – она говорила подчеркнуто официально, хотя в тоне сквозило пренебрежение. – Сами отлично знаете, что творится с пробками в нашем городе! Две основные дороги через центр! Одну перекроют на ремонт, и пиши пропало.
Я пожала плечами.
– Придется выходить раньше. У нас довольно высокая оплата труда, если также рассудить в рамках нашего города. По-моему, стоит некоторых усилий.
Аллочка прищурилась.
– Раньше таких санкций не было! Я сейчас же пойду на прием к Рижскому!
Я слегка улыбнулась.
– Вы, безусловно, можете попасть на разговор к хозяину «Ориж-плаза». Вот только к этому ресторану он не имеет никакого отношения, кроме того, что мы находимся в его здании. Все остальные вопросы можете решать со мной. Как с хозяйкой.
От последней фразы кухня замерла.
– Ясно, – болезненно выдохнула шеф-повар."
"Ее лицо приобрело такое выражение, словно случилось огромное несчастье, которого она в глубине души ждала. Я развернулась на каблуках и покинула пищеблок.
В кресле руководителя я ощущала себя, впрочем, уверенно. Я уже многое знала, помогало и экономическое образование, некоторый опыт в сфере обслуживания. Где-то действовала интуитивно, ставила себя на место гостей.
А вот в домашних стенах я все чаще начала тревожиться. Нет, по-крупному мы с Олегом не ругались. Возникали недопонимания, но через это проходят все пары. Однако мне всё больше начало казаться, что любимый старается проводить время вне дома. Я каждый вечер около семи уже находилась в его квартире.
После долгих переговоров и не без мелкой ссоры мы пришли к тому, что будущий малыш нуждается в отдыхе. Я попробовала, было, отстоять независимость. Но после консультации с врачом поняла, я просто не имею право допускать угрозу своему здоровью. Я сама до дрожи хотела ребенка от Олега, а его счастливые глаза без слов говорили, насколько это взаимно.