Капитан выстрелил, но внезапно промахнулся.
… на него прыгнули сзади.
Я моментально пришла в себя и всадила зверю кинжал в бок, под лапу, целясь в сердце. Каян спихнул с себя извивающегося, скулящего зверя, а я выдернула кинжал, с лезвия которого стекала тёмная густая кровь.
Раненный Каян кинулся защищать капитана, сержант пытался зарядить револьвер.
«Это конец…» — подумала я, и успела выставить кинжал, но устоять не смогла. Рухнула на землю, вместе с ревущем от боли вервольфом, который в бешенстве щёлкал пастью.
Или я сейчас воспользуюсь силой, или меня сожрут заживо…
Если заклятье уничтожения нельзя, то может… слуги Хороса справятся? Провернула рукоять кинжала, засаживая его глубже…
Из пасти вервольфа потекла кровь. Он захрипел и обмяк. Стремительно скинула с себя мёртвую тушу и вскочила на ноги, одновременно, раскрывая потоки. Зеленоватый туман быстро принимал форму скелета, раскрывая призрачную пасть. Скелет ринулся и пролетел сквозь вервольфа…
Зверь замер, словно не понимая, что его сердце вдруг перестало биться.
— Создавай ещё! — крикнул Каян, сражаюсь с обезумевшим, раненным вервольфом.
Я почти успела, но тут меня с силой толкнули в спину и прижали к земле громадные тяжёлые лапы.
… шею пронзило болью.
Я буквально ощутила, как с чавканьем острые клыки вервольфа погружаются в плоть, прорывая токую кожу.
— Не-ет! — раздался отчаянный крик Каяна. Тварь снесло одним ударом, а я смогла кое-как перевернуться и приложить ладонь к шее, хватая ртом воздух и глядя в серое безжизненное небо Талых Земель…
— Нет… нет, пожалуйста, — Каян опустился рядом, прикладывая к ране платок.
Если он станет со мной возиться, его убьют… но я не смогла проронить и слова, изо рта вырвался хрип, а по щеке сбежала жгучая слеза.
Совсем рядом что-то вспыхнуло.
Последнее, что я успела разглядеть, это Адриана, выходящего из портала, и призрачного пса рядом с ним. Сверкающие глаза черепа его любимой трости.
Некромант… всё-таки он некромант. Надеюсь, он не забыл взять клинок. Клинок был бы уместней.
43. Заключительная
Адриан переступил обгоревшую балку, предусмотрительно сняв все защитные заклинания, которые неустанно ставили имперские маги.