– Не скучай, – улыбнулся он.
Он оставил меня наедине со своей комнатой, где не было ничего лишнего. И личного. По крайней мере на виду. Разве что на открытых полках почти пустого книжного шкафа вперемешку с учебниками стояло несколько томиков на диалекте. Видимо, Ноэль привез их с собой. Трактат «Воины света», потрепанный и зачитанный, нашелся среди прочих книг.
– Смотри-ка, Ноэль Коэн, ты действительно любишь классику…"
"С любопытством я вытащила том в кожаной обложке с литерами, вытесненными почти стершимся золотом.
Уложив голову на согнутый локоть, я спала на столе. Должно быть, в библиотеке, где меня вечно накрывало сладко подремать над учебниками.
Дверь открылась почти бесшумно. Молниеносным движением я вложила портрет обратно между страниц и сделала вид, будто страшно заинтересована содержанием книги, хотя вообще не понимала, что именно она содержит.
– Читаешь «Воины света»? – войдя, с фальшивым уважением присвистнул Ноэль.
– Так это они? – Я состроила удивленную дурочку, захлопнула книгу и даже проверила истрепанную обложку. – Действительно «Воины света», откуда Ноэль Коэн своровал все свои умные высказывания!
– Язва, – беззлобно хмыкнул он, перейдя на родной язык. То ли не знал такого слова на шай-эрском, то ли надеялся, что я не знаю такого слова на северном диалекте.
– Мне сегодня об этом уже говорили.
Я следила за ним из-под ресниц, пряча любопытный взгляд. Волосы он завязал на макушке небрежным бубликом. Тонкая исподняя рубашка прилипла к влажному торсу, и ткань начала просвечивать. У Ноэля был поджарый живот и столбик символов на первородном языке, выбитых на левом боку поперек ребер.
– А ты рисуешь? – небрежно спросила я, крутя книгу в руках.
– Нет, – бросил он. – Никогда не умел.
– С ума сойти! – фальшиво восхитилась я, отгоняя подальше мысль о портрете.