Предполагал, конечно — иначе Эн не достигла бы таких успехов — но одно дело предполагать, а другое — видеть своими глазами.
А поздно вечером, когда они наконец встали с дивана в библиотеке после долгих занятий, она вдруг спросила:
— А я могу… тоже сделать тебе подарок на новый год?
Берт удивился — откуда может взяться подарок у человека, который весь день торчал дома?! — но кивнул. Интересно было очень.
А Эн, получив согласие, покраснела и, рвано выдохнув, сделала быстрый шаг навстречу Арманиусу и молниеносно поцеловала его в щёку.
— Вот! — пискнула она, отпрыгнув сразу на полметра в сторону, как будто он мог её покусать, и продолжила дрожащим голосом: — С новым годом!
— Ага… да, — пробормотал Берт, ощущая себя полным идиотом. Эн еще раз что-то пискнула, а потом шмыгнула за дверь и помчалась по коридору к своей спальне, топая как слон даже несмотря на мягкие тапочки.
Чуть позже, секунд через двадцать, Арманиус улыбнулся, чувствуя в груди нежность и мягкое тепло, и одновременно ненавидя себя за это ощущение.
Эн не поцеловала бы его, если бы не потеряла память.
И осознание этого убивало все тёплые чувства… на корню.
Связаться по браслету с императором — та еще задачка даже при наличии номера. Вот и Берт потратил около часа на то, чтобы иметь возможность поговорить с Ареном.
— Здравствуй, — произнёс его величество, глядя на Арманиуса внимательными чёрными глазами. Когда-то давно они у него были светло-карими, но после коронации почернели. — Ты помнишь, что завтра Совет архимагистров?
Этой новостью император несколько выбил его из колеи.
— Теперь вспомнил, спасибо. Но я не по этому поводу. Возможно, ты слышал, что на девушку, которая меня лечила, совершено покушение?
Арен едва заметно склонил голову.
— Слышал. Арчибальд упоминал. Но что ты хочешь от меня, Берт?
Да, император всегда сразу улавливал суть вещей… даже когда не был императором.
— Посмотри её, пожалуйста.
— Ты думаешь, что я смогу помочь, — Арен понимающе кивнул. — Хорошо, я посмотрю её. Сразу после совета.
— Спасибо. — Берт чувствовал себя так, будто у него гора с плеч свалилась. — Спасибо тебе!
Император усмехнулся, и глаза его повеселели.
— Видимо, я имею дело с любовным треугольником. Арчи вчера просил меня о том же самом, Берт.