Шаманка сказала, что он — ключ, и теперь Арманиус понял, от чего.
Точнее, к чему. К разговору с Ареном.
Демоны его побери! Альго не берёт портальная ловушка. Но ведь по официальной версии считалось, что покушение было на Арена, а оказавшаяся рядом Агата его защитила, сплетя нейтрализатор. А что теперь оказывается? Ей не нужно было его защищать, потому что он всё равно бы не погиб. Тогда в чём дело?
От того, какие мысли крутились в голове по поводу Арена и Агаты, Берту становилось тошно.
И да — он должен поговорить с императором.
— Берт?.. — почти прошептала Эн, как только они оказались в прихожей дома Арманиуса. — Ты в порядке?
О нет, он не был в порядке. Но говорить об этом не стоило.
— Да. Не волнуйся.
Она явно не поверила. И спросила, наверное, чтобы отвлечь:
— А что это за Зазеркалье такое? Выглядит как обычное зеркало…
— Древний артефакт. Таких осколков всего штук пятнадцать осталось. Считается, что это зеркало, закалённое огнём Геенны, но как именно оно сделано, никто точно не знает.
— Ничего себе… Полезно, наверное…
— Не слишком. Видела его размер? Ну и что можно рассматривать через такой осколок? Масштаб же, так сказать, реальный. А двигать «картинку» нельзя. И звука нет. Так что Зазеркалье в плане полезности — полнейшая ерунда, и в основном эти осколки интересуют артефакторов, как образец их искусства.
Эн чуть помолчала, а потом осторожно спросила:
— Но зачем ты отдал его сейчас? Просто так, по сути, за пятиминутный разговор… Зачем?
— А зачем мне нужен этот артефакт? Он бесполезен, я ведь сказал.
— Но твоему отцу он ведь был нужен…
Берт улыбнулся. Да, отец за такое размазал бы его по стенке, а потом отскрёб и снова размазал. Отдать родовую ценность.
Но как Берт ни старался, он не мог ощутить ни малейшей толики сожаления по поводу своего поступка. Оно того стоило. Если добытые у Альдеуса сведения помогут ему в разговоре с Ареном — точно стоило.
— Моего отца уже несколько лет как нет в живых, Энни. И поверь, если бы он знал, что взамен на Зазеркалье я получил информацию о гибели Агаты, он бы понял меня.