– Вообще-то, это мой муж. Лапать его могу только я.
Девицы переглянулись и засмеялись.
– Если встретимся в другом месте, я тебя так просто не отпущу, сладкий, – подмигнула брюнетка.
– Так понравился? – улыбнулся Матвеев.
– Может быть, – кокетливо склонила голову девушка.
– Хочешь, оставлю телефон?
– Вообще-то, обычно телефон просят у меня, – рассмеялась брюнетка, явно избалованная мужским вниманием. – Но ты еще совсем мальчишка, так что прощаю. Давай телефон, – и она с превосходством взглянула на меня.
С невозмутимым лицом я слушала, как Клоун диктует брюнетке мой номер телефона.
– Если она мне позвонит, я скажу, что ты в душе и не можешь ответить, – тотчас предупредила я его, с трудом сдерживая смех.
– Идет, – ничуть не смутился он. А я поняла, что ляпнула, но ударить его снова было нельзя – нас опять вызывали на сцену. Поздравительная экзекуция продолжилась.
2.15
После моих «подружек» к нам поднялись почётные гости праздника – семейство Люциферовых в полном составе.
– Если хочешь, подожди меня еще пять лет, и тогда мы будем вместе, – выдала эта пигалица, сжимая микрофон и глядя на Матвеева. – Мне можно даже свадьбу не устраивать.
– Прости, – отозвался он весело, – у меня уже есть жена.
– Ну, это ненадолго, – кровожадно пообещала Яна, сама не зная, как близка оказалась к правде.
Взрослые восприняли ее слова как шутку и стали смеяться. А я нахмурилась, потому что девчонка раздражала все больше.
Положив подарочный конверт в специальный домик, стоявший на сцене, семья Лиферовых удалилась. И я была уверена, что их подарок – единственный настоящий. Остальные гости должны были лишь создавать видимость того, будто что-то дарят, и их конверты были пустыми.