– Как я могла забыть о том, что рядом со мной Данечка Матвеев, которому еда затмевает небо! – всплеснула я руками и смахнула со стола бокал. Он тотчас разбился – на полу заблестели крупные и мелкие осколки. А я, испугавшись, что разбила хозяйскую посуду, мигом упала на колени и стала их собирать. Не скажу, что удачно – поранила палец об острый край.
– Порезалась? – возник передо мной Матвеев и, удерживая за плечи, поставил на ноги.
– Да так, ерунда, – отозвалась я. Кровь стекала по пальцу на ладонь, и я сжала руку в кулак.
– Я сам все уберу, – сказал Даня и силой усадил меня в кресло, – надо кровь остановить.
– Со мной все в порядке! – запротестовала я. – Это просто порез.
Не слушая меня, Даня ушел в гардеробную и вернулся с антисептиком и бинтом – видимо, носил в своем рюкзаке. Запасливый.
Это было так странно – мы сидели на диване, а он обрабатывал ранку и перевязывал мне руку с таким сосредоточенным выражением лица, словно это был не простой порез, а серьезная рана.
Закончив с перевязкой, Даня убрал осколки, а потом отправился в кухонную зону и сам принес блюдо с жарким, сок и вино. После чего пригласил меня к столу, галантно подав руку.
Я не была беспомощной, но мне нравилось чувствовать себя такой в этот момент. Нравилось ощущать его заботу – для меня это было доказательством его серьезных намерений. Нравилось осознавать, что я ему дорога. Звучит странно, но, наверное, я даже стала понимать Серебрякову – образ беспомощной и слабой девушки со слезами на глазах и дрожащим голосом она выбрала совершенно осознанно, потому что знала – мужчины ведутся на подобное поведение. Только Каролина осознала это очень давно, а я стала понимать только сейчас.
Даня выключил яркий свет, оставив приглушенную холодную подсветку, разложил по тарелкам ароматное жаркое, разлил по бокалам вино и спросил, глядя на меня:"
"– За что бы ты хотела выпить?
«За то, чтобы сказанное Владом оказалось ложью», – подумала я, но вслух сказала другое:
– За успехи в учебе.
Лицо Матвеева, на которое причудливо ложились тени, делая его еще более выразительным, разочарованно вытянулось.