- Где же ты, Лина, там красоту разглядела? - усмехалась Сельма. - Красный, сморщенный, но кричит уже басом, - подтрунивала надо мной. - Требует своё, хотя ещё совсем маленький мужичок.
- Так ему и положено сейчас есть, спать, да пелёнки марать, - забрала сыночка из люльки счастливая и уставшая мамочка. - Но согласна с Линой, красавчик у нас народился, - приложила кряхтящий свёрток к груди.
- Отдыхай, дочка, - тётушка взяла меня за руку и пошла на выход. - Сорен как увезёт повитуху, так начнём с ним дары для храма собирать.
Сил мама, действительно, потратила много. Хорошо, что в Мидире есть собственная повитуха и о родах договорились заранее. За ней отец направился сразу, как только поняли, что начинается самый важный и трудный для женщины процесс. Большую часть дня Атали проходила с ноющей болью в пояснице и внизу живота, значение большого этому не придала. Частенько у беременных на позднем сроке такое бывает, а вот когда оставила после себя лужу на кресле, тогда уже всполошились все.
"- Запрягай и поезжай за Вольвой, я её предупреждала, что срок подходит, - раздавала команды тётушка Сельма. - Лина, доставай самый большой котёл и ставь на печь. Сейчас воду налью.
- Помогу, - отодвинул женщину господин Освин, который удачно прижился у нас. - Нечего женщинам тяжести таскать.
Наверх поднялась миниатюрная женщина лет пятидесяти с корзиной в руках. Мне понравился её опрятный вид, чистые светло-русые волосы с проседью под платком.
Ночь была бессонная и волнительная. Меня к маме не допустили, поэтому с мужчинами сидела на кухне и периодически заваривала успокоительный сбор. Уже пару лет мы начали сами заготавливать различные травы и делать для себя различные чаи. Наставник надоумил, когда мы на опушке леса натолкнулись на большую поляну кипрея.
Потом я и сама вспомнила о купеческом чае, которые делали на Руси ещё со стародавних времён. Мне нравился взвар из сушёных ягод и фруктов, но и от хорошего чая отказываться не стала. С тех пор мы его и начали заготавливать для своих нужд.