Они вытащили из сейфа увесистую кипу деловых бумаг, папок, отчетов, копий банковских счетов и стали внимательно перебирать их, откладывая в сторону ненужное. И вдруг внимание Луиса Альберто привлекла какая-то бумага с гербовой печатью. Он пробежал ее глазами раз, потом другой, загадочно поглядев на Марианну, пристроившуюся в кресле с книжкой, воскликнул:
– Позвольте, дозвольте! Да ведь это же завещание! Завещание Леонардо Вкльяреаль, отца Марианны, – воскликнул Луис Альберто.
– Позволь-ка, сын взглянуть и мне! – дон Альберто внимательно несколько минут читал бумагу. – О, я вспомнил, друзья! Эти документы привез мне незадолго до смерти Луис де ла Парра. Попросил спрятать…
– Марианна! Это ведь официальное завещание твоего отца, написанное в Мехико 26 ноября 1968 года… Папка пятая… страница двадцать седьмая.
– Это написано на конверте? Да?
– Но ты знал про завещание, отец?
– Конечно, нет! Я вообще впервые вижу эти бумаги. Он передал мне все это вместе с другими документами. Сейчас отчетливо все вспомнил… В последний раз, когда Луис был у меня, он передал мне эту папку, так как в его доме шел ремонт.
– Но тогда, из этого завещания следует, что отец Марианны все оставил своей дочери? А вовсе не ее мачехе Ирме Рамос?
А Марианна, поистине огорошенная этим неожиданным открытием, в изумлении переводила взгляд с отца на сына, не в силах вымолвить и слова.
– Да очнись, Марианна! – засмеялся Луис Альберто.
Наконец-то она пришла в себя, но все еще не сводила непонимающих глаз с отца и сына.