Распечатать?
– С вашей грамотностью? Ни в коем случае. Бумага стерпит, но если кто-то увидит… сначала все готовые документы в электронном виде присылайте мне на почту.
– Угу.
Повернула к начальнику компьютер, а он сел на место для посетителей.
– Я могу вам прямо сейчас все на почту прислать, кстати. Зачем вы пришли? Ищите повод на меня пялится?
– Я бы предпочел вас вообще не видеть. А если захочу, то мне не нужно искать повод, я просто вызову вас к себе. В следующий раз присылайте все на почту если почтой хорошо владеете.
– Слушайте, ну если вы не хотите меня видеть, то можете уво…
– Елизавета, вы понимаете, что вам выпал уникальный шанс стать самостоятельной и независимой? Ваш отец очень старается поставить вас на ноги.
– Вы в своем уме, Даниил Александрович? Зачем мне вставать на ноги, если у моего отца столько денег, сколько хватит на несколько беззаботных жизней всех его детей, внуков и правнуков. Зачем работать и тратить на это жизнь, если и так деньги есть?
– Елизавета Натановна, это вы, видимо, чего-то не понимаете.
– Ой, да пошел он… и вы заодно. Я тоже его дочь, хочет он этого или нет. Другой вопрос, что его бесит, что я не такая, как его идеальные и непогрешимые сыновья, и что вообще от него ничего не взяла.
Цербер вдруг резко ко мне наклонился, напугав. И взгляд такой пронзительный, сканирующий. Эй, что он делает? Словно принюхивается.
– Вы чего это?!
– Елизавета Натановна, вы что, пили? – в голосе начальника столько осуждения.
– Естественно! – оскорбилась я. – Как вы могли во мне сомневаться?
Как быстро понял. Но на то он и Цербер, чтобы иметь хороший нюх. Пес.
– Я только не понимаю.
О-о, он и это обо мне знает. А папа хорошо морально подготовил моего тюремщика.
Фыркнула. Тряхнула пушистыми волосами и склонила голову, демонстрируя нежную шею и точеный овал лица. Похлопала пушистыми ресницами.
– Посмотрите на меня. Неужели вы всерьез думаете, что я не найду того, кто меня накормит? Да для этого мужчины в очередь выстраиваются.