Дергаю сильнее, начинаю паниковать. Как в замедленной съемке наблюдаю за тем, как к нам с улыбкой оборачиваются его родители. Чтобы они ничего не увидели, выхожу чуть вперед и собой закрываю наши с шефом сцепленные.
У Даниила, кажется, крыша совсем едет. Ну вот уедем мы, а потом, может, уже через неделю-другую, он невесту привезет знакомить с родителями. И как уже они будут ей в глаза смотреть, зная, как до этого у них в доме из сын с помощницей крутил?
Сели за стол.
– Еще рано, – наклонившись к моему уху, тихо произносит шеф, после утренних приветствий.
Пихнула босса в бок. Совсем распоясался.
Родители никак не комментируют безобразие. То ли тактично делают вид, что ничего не замечают, то ли и правда не видят, но какие-то подозрительно радостные.
Я решила пока побольше молчать, ситуация для меня нестандартная и непонятная. Да и насчет сеновала я уже сомневаюсь. Это ночью, на эмоциях могла пойти на всякое, а сейчас при свете дня разум берет верх.
Как бы там ни было, но виноградник поехала смотреть. На месте шеф взял меня за руку, переплел наши пальцы и повел куда он сам решит. Может, и сеновал тут где-то припрятал.
Но нет, мы вышли на на смотровую площадку наверху. Вид с горы, куда мы приехали, открывается шикарный. Не знаю, вся ли территория принадлежит семье шефа, но виноградники тянутся, насколько хватает глаз.
Глубоко вдохнула свежий горный воздух.
– Красота! Хотел бы сюда вернуться жить?
– Не хотел бы, – шеф отрицательно качает головой.
– Больше нравится ритм большого города?
– До недавнего времени я думал, что да. Мне нравилась стабильность. То, что для тебя скучно и однообразно, меня успокаивало своим повторяющимся день изо дня сценарием.
– Работа как отдых? Да у тебя те еще извращеннве вкусы, – хмыкнув, заметила я. – Ну а почему в прошедшем времени? Устал от своего своеобразного отдыха?
– Понял, что все-таки скучал по разнообразию и некоторой непредсказуемости.
– Разнообразие это в плане, что женщин надо в жизни больше разных, да? Одна только невеста надоела?
– Нет, я не про это.