Я ведь обещала страшно отомстить, а Царевы свое слово держат.
Подтянула к себе свой рюкзачок, достала косметичку, и понеслась. Пририсовала боссу красные усы помадой, сделала густые черные брови. Красавец! Пакость уровня детсада. На большее не решусь, еще прибьет и в этом же лесу сразу прикопает. Сфотографировала работу. Гы-гыг, все, теперь шеф окончательно уверится в моем низком интеллекте.
Цербер проснулся под мой заливистый злорадный хохот. От осознания того, какая же я идиотина, становится только смешнее. Начальник вопросительно поднимает свои шикарные черные брови, и мой смех переходит в истерический.
– У тебя тут что-то испачкалось, сейчас сотру, – говорю я, пытаясь сдержать очередной порыв хохота. Может, сейчас успею все стереть, и босс ничего не узнает.
Подсела к Церберу вплотную и быстро усиленно тру у него под носом, изредка прорываясь на ха-ха.
– Эй, отдайте, это мое, я не разрешала брать!
Бросив салфетки, пытаюсь отнять зеркальце, но силы оказываются не равны. Цербер его все-таки открывает и молча осматривает свои шикарные брови. Я затихла. Жду, как отреагирует начальник. Он помрачнел, так же ни слова не говоря, взял мою раскрытую косметичку, размахнулся ею в сторону обрыва и…
Я поняла все сразу.
– Не-ет!!! – вскричала я так, словно Цербер меня в обрыв собрался скинуть, и набросилась на него. Навалилась сверху, оседлала, держу мужскую руку и пытаюсь вырвать из мертвой хватки свою ценность. – Не смей! Я тебе этого никогда не прощу!
Наверху я была не долго.
– Ну не надо бросать, – жалостливым тоном прошу я, широко и профессионально распахивая глаза. – Пожа-алуйста.
– Придется извиниться.
– Прошу прощения.