И вообще, обойдутся.
Подняла глаза к потолку и без особого успеха пытаюсь взять себя в дрожащие руки. Я много представляла когда-то, как впервые встречусь с собственными братьями по отцу, но точно не так.
И я им и слова сказать не могу. Отец под страхом смертной казни запретил с ними даже просто разговаривать, не то что пытаться им что-то о себе сообщить. Да и мне не надо.
От Цербера братишки вышли вместе с ним только спустя час. Я за это время смогла взять себя в руки и спокойно могу на них смотреть. Что и говорить, красавцы.
Вроде собирались уходить, но заметили меня и тут же забыли, куда шли. Оказались возле стола, один сел в кресло для посетителей, но пододвинул его максимально близко, а второй, которому места не досталось, вообще на стол уселся. Смотрят на меня с восторгом, оглядывают.
– Ну вообще. Дань, ты где такую секретаршу отхватил? Ей на подиум надо, а не в кабинете пылится.
Так хочется сказать, что у меня только братья есть, но язык прикусила. Если отец узнает, что я с ними говорила, реально плохо будет. Отвернулась к компьютеру, делаю вид, что работаю.
– Ого, еще и неразговорчивая такая, вообще идеал. Дань, ну правда, можно я у тебя ее переманю? Спасу тебя от соблазна, а то у тебя невеста. Зайка, пойдешь ко мне работать? Деньгами не обижу, работой нагружать не буду, в командировки будем часто с тобой ездить в жаркие страны.
Нет, это выше моих сил. Так хочется ответить. Показала младшему из братьев (хотя так-то они оба меня старше) неприличную конструкцию из пальцев. Я же с ними не разговариваю, а то, что у меня пальцы сами с собой иногда в какие-то живописные фигуры загибаются, ну что ж…
Братишек мой ответ, наоборот, привел в дикий восторг. Засмеялись.
– Еще и с норовом, – довольным тоном заметил уже старший.
– Свою личную помощницу я не отдам, не обменяю и не продам, – меж тем заметил Цербер, по-доброму на меня глядя.
– Так не честно, почему тебе все самые классные женщины достаются? – возмутился младший. – Ты гарем, что ли, собираешь? Давай так, ты отдаешь нам этого милого и дерзкого ангела, а мы не рассказываем Карине, что ты тут с личными помощницами модельной внешности запираешься. Ну должна же быть в этой жизни справедливость. Карину ты ведь увел у нас.
Что у них там за любовные перипетии? И спросить не могу.