"
"— Так болезнь жены заранее разглядеть было невозможно, — парировал летчик, — в данном случае работник поступил правильно, предупредил начальство через своего соседа. И почему актив цеха не дал оценку этому случаю? Почему работникам нельзя вызвать врача на дом через санчасть завода, ведь они имеют связь с больницей обслуживающей население поселка?
— Это к делу не относится, — буркнул один из заседателей.
— Как это не относится? — Возмутился капитан. — Очень даже относится. Я считаю, что в данном случает доведение дела до суда неправомерно, и не надо относиться ко всем случаям опоздания формально, ведь могут быть и объективные причины опозданий, как, например, в данном случае.
— Это кто? — Тихо поинтересовался Дмитрий у мастера.
— Руководитель конструкторского бюро завода Шибалин, — так же тихо сообщил тот ему, и тут же уточнил, — Герой СССР.
— А-а… — Протянул Сотников. — Он может так с судом разговаривать.
В результате вмешательства капитана, суд снял обвинения с Дмитрия, но вынес частное определение в адрес заводской санчасти, по которому она должны была организовать прием заявок на вызов врача на дом для членов семей заводских работников.
Сотников был ошарашен таким решение суда, и первое время был вне себя от радости, ему хотелось расцеловать всех, даже обвинителя, так как он не стал настаивать на наказании. Однако спустя некоторое время бывший подсудимый более трезво взглянул на ситуацию и понял, что руководству цеха почему-то было в принципе наплевать на своего работника, поэтому, когда ему подвернулось сообщение, что набираются квалифицированные литейщики в экспериментальный цех, не задумываясь, написал заявление на перевод.
А с супругой все обошлось, как раз к началу суда она снова стала вставать с постели и теперь переживала за судьбу своего мужа.
Однако новый цех оказался действительно экспериментальным, и многое из того, что раньше Дмитрий делал на глазок, здесь не проходило, пришлось осваивать многое из того, что было описано в учебниках и методичках.