— Это не ваше дело, — набычился Ангел.
Насупившийся Франсуа не стал затягивать уговоры. Вежливо попрощался, встал, вышел, сдерживая раздражение, сел в машину.
Помощник, ожидавший у водительской двери, сел рядом: — Ваше сиятельство, прибыл Дантес. Говорит, готов приступить к заданию уже сегодня. Он осмотрел поместье дистанционно, насколько это было возможно… но запросил увеличение оплаты. В пять раз.
— В пять раз⁈ — Франсуа чуть не подавился воздухом. — Да он с ума сошёл!
— Утверждает, что поместье хорошо защищено и риски большие.
Франсуа поджал губы. Услуги Дантеса и так стоили немало, а он ещё больше требует! Немыслимо! Но и упустить колыбель Франсуа не мог.
Наконец он выдохнул: — Ладно, соглашайся. Но если он облажается, я назначу точно такую же цену за его голову. Так и передай этому домушнику!
Машина тронулась, растворяясь в ночи.
* * *В ночи растворился лес за окном. Стою на балконе, прислонясь к холодной каменной колонне, с чашкой не самого лучшего кофе в руке.
"Кофе, правда, так себе. Хуже, чем у Змейки. Надо было, наверное, взять хищницу с собой — хотя бы ради вкусного кофейка. У неё это какой-то колдовской навык: варит, как будто вплетает в напиток заклинание. Может, именно он и подвёл её к третьей формации… Шучу, конечно. Ну наверное…
И тут — ментальный отклик. Один из телепатов на дежурстве выходит на мыслеречь: — Шеф.
— Говоришь, всего один?
— Так точно. Перелез через восточную стену и шастает гад в сторону дома. Камеры и обычные датчики его не видят, будто наземный стелс.
— Не надо пока гвардию, — отвечаю, отрываясь от перил. — Я сам посмотрю кто такой наглый ходит по моему поместью без поддержки.
Вообще телепатов в гвардии у меня не много, и каждый на вес золото, а этот парень так вообще молодец.
Накинув Покров Тьмы и ментальную невидимость, спускаюсь по пристроенной к балкону лестнице и обхожу сад. Тени ложатся длинными полосами от фонарей, в кустах шелестит прохладный ветер.
И вот домушник или киллер идёт по аллее, уверенно, без суеты. Одет в чёрное, мешковатая одежда, лицо закрыто маской. Двигается беспечно, как будто знает, где какие камешки под ногами. И надо сказать — самоуверенность у него возникла не на пустом месте.