Ваш отец все это организовал, верно? Должно быть, он остался доволен тем, что его планы удалось воплотить в жизнь.
Элиза замерла, а сэр Ричард, наклонившись к ней, с широкой улыбкой проговорил:
– Теперь-то вы точно меня поняли, не так ли? Отец нашел для вас отличную партию, превосходную! Гастингс стал бы самой желанной добычей сезона, если бы не был по уши в долгах. И одной ногой во флоте, я бы сказал. Не могу не отдать должное Эдварду Кроссу – если уж он увидел возможность, то ни за что ее не упустит. Старинный род, порядочный молодой человек, и все это – за какие-то шесть процентов премиальных, – сообщил старик, все так же широко улыбаясь.
"– Что вы имеете в виду? – Элиза слышала свой голос словно издалека, и он казался ей чужим… и каким-то слишком уж громким. – В чем вы обвиняете моего родителя?
– Обвиняю? Упаси бог! Я его знаю, я и сам продал ему один старый долг. Признаться, я уже не рассчитывал ни фартинга с него получить. Молодой Гастингс однозначно заявил, что с него довольно кредитных долгов отца, а долги чести по наследству не передаются, так что закон позволяет ему по ним не платить.
Элиза на мгновение зажмурилась. Музыка, смех, обрывки фраз – все слилось в сплошной оглушающий гул.
Сэр Ричард откланялся и удалился, улыбаясь словно кот, вволю наевшийся сметаны.
О боже, ведь все сходилось. Запущенный дом… Отсутствие средств на новые портьеры… «Случайное» появление Хью в театре… Высокомерная холодность вдовствующей графини, а также презрение со стороны ее дочерей… И, конечно же, то обстоятельство, что Хью соблазнил ее почти сразу же после того, как сделал предложение, чтобы уж точно не передумала.