Я подняла рассеченную руку и замерла: ни малейшего следа того, что я располосовала ее магическим кинжалом! Огляделась, отстраненно отмечая, что не вижу ни одного орка, кроме тех, что валяются по всему крепостному двору в лужах крови. Около десятка темно эльфийских солдат в разодранных мундирах, с пятнами грязи и засохшей крови, медленно приближались ко мне. На их лицах лежала печать сомнений и недоверия.
— Бой закончен? Крепость сдана? — прохрипела я помертвевшими губами.
— Нет, — ко мне шагнул Эрдвей с непроницаемой маской на лице.
Пряча взгляд, молча опустилась на колени, приподнимая голову Айренира. Он был такой бледный, что я испугалась, а вдруг все было зря, и он не выжил?! Но нет, его аура потихоньку наливалась багровым светом, черные дыры медленно срастались.
Кто-то оторвал меня от него, потом меня куда-то несли, поили настойками, кормили… Чьи-то ласковые руки переодевали меня… Незнакомый женский голос шептал, что уже все кончено, крепость отбили, орки бежали, бросив своих союзников-магов, действительно оказавшихся светлыми эльфами. Что связь восстановлена и скоро прибудет сам король, а принц Мерильен хочет увидеться со мной, потому что узнал о том, что я спасла ему жену и сына… Но мне было все равно.
Словно в забытьи, я плыла по волнам отчуждения, полностью опустошенная, думая лишь об Айренире. Я поняла, что не могу без него, что если он умрет — я умру вместе с ним. Сегодня я готова была отдать всю кровь по капле за то, чтобы он жил, но боги не приняли моей жертвы, удовольствовавшись лишь моим неистовым желанием сделать это. Они вернули ему жизнь и ничего не взяли взамен.
* * *"
"Всю ночь я пролежала на кровати в лазарете, в том самом закутке, где была Эовен. Наутро все женщины и дети вернулись по своим домам, кто — встречать вернувшихся с победой мужчин, а кто — готовиться к похоронам. Беременную эльфийку забрали в покои Мерильена, который чудом уцелел во время боя. Теперь, узнав, что едва не лишился возлюбленной, он желал постоянно видеть ее рядом с собой.