Если красивыми мужчинами мой взгляд был уже переполнен и практически не реагировал, то такой голос я слышала впервые: сильный, насыщенный, с рычащими нотками и легкой хрипотцой, от которой по спине бегут мурашки и слабнут колени. Мне всегда нравились «тяжелые» мужские голоса, такие, как у Тилля Линдеманна — это была моя слабость. В свое время я, влюбившись в его голос, самостоятельно выучила немецкий язык, а сейчас, только представив, как этот желтоглазый вер исполняет «Ohne dich», мне захотелось с фанатичным визгом накинуться на него и оторвать кусочек на память!
Я так замечталась, что даже не заметила, как он оказался в опасной близости от меня.
— Позвольте представиться, — он отвесил шутовской поклон, — Брейнор Эр'Грейд, альфа этих несносных забияк, к вашим услугам."
"— Оч-чень приятно, — слегка заикаясь, ответила я. — Эления.
Он выжидательно глянул на меня, кривя губы в скептической усмешке.
— Эления — и все? — с иронией спросил он.
— Да, и все! — с неожиданной твердостью ответила я.
Вот как-то не пришло мне в голову заранее придумывать себе творческий псевдоним и биографию, хотя, видимо, придется.
Брейнор только понимающе усмехнулся, словно намекая на что-то, известное только нам двоим. Нагнув голову ближе ко мне, он ткнулся носом в ямку за ухом и шумно втянул в себя воздух. Я услышала, как в глубине его груди зарождается низкий рокот и испуганно отшатнулась. И что у них за привычка дурная постоянно меня обнюхивать?!
— Сладкая, — произнес он соблазнительным хриплым тоном, но я поспешила отступить на безопасное расстояние.
— Нир Брейнор, — осторожно позвала Арлет, — обед уже готов.
— Вот и славно, — он развернул меня за плечи и легонько подтолкнул в сторону костра, где уже сидела остальная компания, — пойдем, подкрепимся.