Но даже такая прожжённая в светской жизни дама не смогла сделать из меня ничего путного. Разве может такому неотразимому мужчине понравиться такая бледная моль?
С каждым словом Сюзон, Амалия всё крепче прижимала её к себе, нашёптывая, что никакая она не бледная, а кто этого не замечает – просто слеп. Но вырывающиеся из самой души слёзы ничем нельзя было остановить.
Это был совсем не подходящий момент для визитёров, но кому-то понадобилось заявиться именно сейчас и оповестить о приходе стуком в дверь.
– Да, – позволила Амалия гостю войти.
Визитёром оказался Бонифас. Своим цепким взглядом он заметил, кто находится за спиной хозяйки комнаты, и радостно затараторил:
– Госпожа Сюзон. Наконец-то я вас нашёл. Его Высочество Себастин просит вас оказать ему честь – разделить с ним завтрак. Он ожидает вас на восточной веранде. Следуйте за мной.
– Ожидает? – изумлённо переспросила Сюзон.
Амалия почувствовала, как девушка замерла, оглушённая приглашением.
И ровно в этот момент в покои влетела Арабель. Вихрем пронеслась мимо церемониймейстера к софе. Окинула взглядом заплаканную Сюзон, облачённую в дорожный костюм, и моментально обо всём догадалась. Потом воззрилась на Бонифаса.
– Что ты хотел?
Тому пришлось повторить:
– Его Высочество Себастин приглашает госпожу Сюзон разделить с ним утреннюю трапезу. Прислал меня проводить госпожу на восточную веранду.
Сюзон предприняла попытку соскочить на ноги, но принцесса придавила её рукой назад к софе.
– Бонифас, передай Его Высочеству, что госпожа Сюзон принимает приглашение, – произнесла Арабель, продолжая придерживать Сюзон за плечо. – Но сможет присоединиться к Себастину только через четверть часа.
– Ээээ… – протянул озадаченный Бонифас.
– Ступай, – скомандовала принцесса. – Я сама провожу госпожу Сюзон на восточную веранду.
Церемониймейстер испарился.
– Пусть братец немного подождёт. Ему будет полезно, – злорадно фыркнула принцесса.
Потом многозначительно посмотрела на Амалию:
– У нас пятнадцать минут. Приступаем.
Амалия тут же поняла команду. Они с принцессой одновременно подхватили Сюзон под руки и препроводили в ванную комнату.
Через четверть часа к зеркалу была подведена новая Сюзон. Ни единого следа от слёз. Чуть бледная, но с горящими глазами. Причёска – лёгкая утренняя небрежность.