27 Глава 27
— Вот ты где!
Даже не сразу замечаю, что меня тормошит Лора. Давно? Понятия не имею.
— Ну что? Что ты смотришь на меня, как лунатик? Устала, да? Мари!
Она щелкает пальцами у меня перед глазами.
— Эй, Мари, очнись! Ты почему здесь стоишь?
— Я… Заблудилась…
Даже губы меня не слушаются. Будто омертвели.
— Ну вот. Я так и думала. А все решили, что ты гордячка. На обед не пришла. На ужин. Мол, брезгуешь кухней и обществом прислуги. Готова даже голодной ходить или ожидаешь к себе особого отношения.
— Я просто заблудилась. И дико устала.
— Да… Не думала, что ты не вытянешь.
Окидывает меня взглядом, в котором я читаю, что я белоручка.
— Я ведь меньше комнат даже тебе оставила. Три из твоих себе взяла. Ну, ничего. Это поначалу так. Скоро привыкнешь. Пойдем. Пойдем, Мари. Быстрее. А то придется ложиться спать без ужина!
Мне не до ужина. Ни до чего. Я чувствую себя тряпичной куклой, из которой вытащили вату, которой она была набита.
Но резкий спазм желудка и новое урчание заставляет меня ускорить шаг.
Да. Оставаться голодной мне приходится в первый раз в жизни.
— Больше так не делай. Ровно в два у нас обед. Я же тебе говорила! Надо было за тобой зайти, завтра так и сделаю! Но я подумать не могла, что ты не помнишь дороги!
Явилась наконец! — на кухне уже никого нет, одна Ирма, наверное, специально осталась, чтобы меня дождаться и устроить головомойку.
Тут тебе не царские палаты! А ты — не царевна больше!
Выплевывает ядом прямо мне в лицо, поджав блеклые губы.
"— Думаешь, тебя все будут ждать? Или готовить ужин специально для тебя, принцесса? Напоминаю тебе, кто ты. Ты просто пустое место! Ты — никто! Ниже любой из служанок здесь!
А у меня нет ни сил, ни желания с ней спорить. Ее слова даже не трогают меня. Просто скользят мимо. Никак не задевая.
— Я заблудилась, — тихо отвечаю, даже не глядя ей в глаза. Мечтая только об одном. Чтобы она исчезла с моего пути и я смогла присесть на какой-нибудь табурет.
— В следующий раз ты останешься без еды, если опоздаешь. Но на первый раз так и быть. Поужинай. Но еда давно остыла. И включать плиты я запрещаю. И в наказание помоешь всю посуду за остальными девочками. Но это на первый раз! Больше чтоб такого не повторилось, или ты узнаешь, что такое настоящее наказание!
Благо, Ирма уходит. Давиться холодной едой под ее взглядом было бы совсем невыносимо.