— Я… Мари…
Выдаю наконец, чувствуя, как горло сводит спазмом.
— Мы знаем, кто ты, — одна из девушек поднимается, становясь прямо передо мной. Как только что Ирма.
— Даже не надейся, что кто-нибудь из нас собирается общаться с такой, как ты. Нам даже в одной комнате с тобой оставаться противно.
Шлюха, — читаю я почти в каждом взгляде, что меня буравят.
Боже!
Да откуда же в людях столько злобы!
Ведь, если пошли уже сплетни, то они должны знать, что это место я заняла не по своей воле!
— Я в душ, — зачем-то говорю вслух, сгребая в охапку пару полотенец, что стопкой сложены на выделеной мне кровати.
— Не так быстро, — та самая девушка снова преграждает мне путь. — Душ общий, и у нас здесь очередь. Ты последняя. Так что дожидайся, пока помоются остальные.
Уже глубокая ночь, когда я добираюсь до вожделенной воды.
Почти всю горячую использовали и мне приходится стучать зубами под практически холодной водой с еле вытекающим напором.
И все равно.
Глотая слезы, я снова и снова яростно растираю свое тело мочалкой.
Говорят, что физическая боль заглушает душевную.
Но это неправда.
Ничего не помогает.
И душу опекает намного сильнее, чем тело. Так сильно, что хочется повалиться на живот и орать.
Но я не позволю себе. Не позволю сломаться.
Даже подстирываю грубое платье в тех местах, где остались темные пятна от пота.
Я останусь человеком.
Благо, хоть ночная сорочка оказалась на постели. И новая зубная щетка. И даже упакованное мыло с шампунем.
Просто валюсь на постель, выходя из душа."
"Внутри колят тысячи осколков. Но с самой большой тоской я думаю о доме.
Да. Именно эти слова Ирмы, как ни странно, затронули больше всего.
Те, у кого есть дом, уходят ночевать туда.
И только я одна.
Я одна — та, у кого больше нет дома. Нет близких. Нет никого на всем свете!
Ведь они никогда не свяжутся со мной.
Никогда больше я не смогу уложить голову маме на колени. А она не погладит меня, перебирая волосы. И не скажет, что все мои горести, — просто мелочь. Что все пройдет. И мое будущее обязательно будет таким счастливым, что обо всем, о чем сейчас хочется плакать, я тогда даже и не вспомню!
* * *Наутро на моей постели все же оказалось нижнее белье.