В голосе у него ясно чувствовалась улыбка, но она исчезла, когда он продолжил:
— А Колум обещал мне… но ты об этом не должен знать. Поцеловать железо и принять имя Маккензи, изменить всему, что мне родное? Нет, мне и думать об этом не хочется."
"— Ты такой же упрямый, как твой отец, — заметил Алек, но в его голосе прозвучало ворчливое одобрение. — Во всем на него похож, только ростом высокий и волосы светлые, в материнскую родню.
— Ты его знал? — с горячим интересом спросил Джейми.
— Знал немного, а слышал очень много.
Джейми рассмеялся:
— И я похож на него, да?
— Один к одному, паренек. Я ведь вижу, что тебе это поперек горла — быть человеком Колума. Но тут есть о чем поразмыслить, согласен? Дело-то в борьбе за Стюартов, и у Дугала свой путь. Если ты, паренек, правильно выберешь, на чью сторону встать в этой драке, то получишь назад свою землю и кое-что еще в придачу, что бы ни делал Дугал.
Джейми ответил междометием, которое я про себя успела окрестить как «шотландское фырканье» — некий неопределенный звук, который возникал где-то в самой глубине гортани и мог означать все, что угодно. В данном конкретном случае он, на мой взгляд, выражал сомнение в вероятности желаемого выхода.
— Да, — проговорил он, — а что, если Дугал не пойдет своим путем, тогда как? Или если все обернется против дома Стюартов?
Алек в свою очередь издал то же самое междометие, прежде чем заговорить:
— Тогда ты останешься здесь, паренек.
Джейми хмыкнул — в знак того, что комплимент такого рода ценит очень высоко.
Старший мужчина не обратил внимания на эту помеху и продолжал:
— Маккензи относятся к тебе по-доброму, и не в том дело, чтобы ты отказался от своего происхождения, отрекся от собственной крови.
В ответ послышалось «шотландское фырканье», на этот раз выражавшее некоторое смущение и несогласие.
— Ладно тебе, парень, никто не станет принимать побои вместо девушки, к которой он равнодушен. Ты же знаешь, что ее отец не позволит ей выйти замуж за человека из другого клана.