Чужестранка

Но я уже говорил ранее, что в вашем положении имеются два аспекта: что вы уже совершили и что вам предстоит совершить.

Он протянул руку и усадил меня рядом с собой.

— Ведь именно об этом вы спрашивали меня на исповеди: «Что я сделала? И что мне делать дальше?»

— Совершенно верно. И вы тогда сказали, что я не сделала ничего неправильного, верно? Но я же…

Мне подумалось, что у них с Дугалом Маккензи общая черта — перебивать собеседника.

— Вот именно, что нет, — твердо заявил он. — Можно поступать в полном соответствии с волей Бога и с велениями совести и все же попасть в затруднительное или даже трагическое положение.

Как это ни печально, однако мы до сих пор не знаем, почему всемилостивый Бог допускает существование зла, но мы знаем Его слова, что это правда. «Я создал добро, — говорит Он в Библии, — и Я создал зло». И соответственно даже хорошие люди — я полагаю, что особенно хорошие люди, — сталкиваются в жизни с великими смятениями и трудностями. Возьмем, к примеру, того юношу, которого вам пришлось убить. Нет-нет, не возражайте, — он поднял руку, удерживая меня от возражения, — тут нет ошибки. Вы были вынуждены убить его, имея в виду крайние обстоятельства. Даже Святая Матерь Церковь, утверждающая священность жизни, признает такую крайнюю степень защиты человеком собственной жизни и существования семьи. Имея в виду тогдашнее положение и состояние вашего мужа, — он бросил взгляд в сторону крыла для гостей, — нет сомнения, что вы были вынуждены прибегнуть к насилию. И вам не в чем себя упрекнуть. Разумеется, вы испытывали и испытываете жалость и раскаяние, так как вы, мадам, по натуре чувствительны и сострадательны.

С этими словами он слегка похлопал ладонью по моей руке, лежавшей на колене.

— Порою наши наилучшие поступки проистекают из причин, достойных раскаяния. И все же вы не могли поступить иначе. Мы не знаем, какую судьбу уготовил Господь этому юноше, — возможно, он пожелал взять его к себе именно в это время. Но вы не Бог, и возможности ваши ограничены даже в постижении того, что вы можете ожидать от себя самой.

Я вздрогнула от порыва холодного ветра и поплотнее закуталась в шаль. Ансельм заметил это и показал на бассейн:

— Вода теплая, мадам. Не хотите ли опустить в нее ноги?

— Теплая?

Я поглядела на воду недоверчиво. Прежде я не замечала, что в углах водоема нет мелких льдинок, какие плавали на поверхности резервуаров со святой водой, установленных возле церкви.