– А как ты думаешь, о чем попросил меня Гас, когда ты отдала ему мой дневник? – спрашиваю я и опираюсь бедром на шкафчик. Она делает шаг назад. Я делаю шаг вперед, пока она не ударяется спиной о стеклянную дверь душевой, где я поймала ее в ловушку.
Я не собираюсь ранить ее – не в физическом смысле. А может, и вовсе понимая, что я безумно люблю ее брата, а он хочет, чтобы она была счастлива. Но она не знает этого. Она не узнает, что такое любовь, пока она не причинит ей боль, пока она не потеряет свое достоинство и гордость из-за кого-то.
– Гас хочет, чтобы Пенн слил игру.
Глаза Вии округляются. Это для нее новость, а я почувствовала немного облегчения. Ее желание опозорить меня – само собой разумеющееся. Однако она не ожидала, что это как-то коснется Пенна.
– Он хочет сломить твоего брата, – говорю я, проводя рукой по стеклу позади нее к ее подбородку, приподнимая его и смотря ей в глаза – то, что мы должны были сделать. Годы назад. – И ты дала ему оружие.
Она отбрасывает мою руку:
– Вот дерьмо.
"– Да. – Я беру ее лицо, заставляя смотреть мне в глаза. – Пенн сломлен, разочарован, потерян из-за тебя, Виа.
– Ты не можешь рассказать ему, – сглатывает Виа и толкает меня. Я спотыкаюсь и смеюсь. Так вот что ее волнует – она как старая я.
Виа ходит туда-обратно, расчесывая лицо ногтями, оставляя розовые царапины.
– Он не должен знать. Он не должен знать, – повторяет она.
Я разворачиваюсь и иду в комнату, мне пора одеваться, если я не хочу опоздать в парк. Причард выбрал то самое место, где Пенн лишил меня девственности – о чем он знал, так как читал мой дневник.
Виа идет за мной, сжимая пижаму и пытаясь развернуть меня.
– Что мне делать? – кричит она.
Я останавливаюсь. Улыбаюсь. Наслаждаюсь картиной.
– Знаешь что, Виа? Долгое время я завидовала тебе. Несколько лет, если быть точной. С того самого момента, когда ты показалась на пороге студии моей мамы. Не потому, что ты милая или якобы богата.