Мой отец не единственный специалист в этих вопросах, хотя и лучший из лучших.
***
Пришлось брать машину напрокат, благо у акудзин КНР был свой автопарк на случай приезда собратьев из других стран.
Донг Фай предпочел провести старость в живописном домике на берегу озера Наний, что находится в трех с половиной часах езды от Шанхая. Так что Марк прибыл на место ближе к вечеру.
Мог бы и прыгнуть. Джан Фай предлагал ему просто посмотреть на фото окрестностей недалеко от деревни, где проживал его отец, но Марк вежливо отказался.
Одноэтажный домик, выкрашенный красной краской, был сделан в лучших китайских традициях. Даже бумажные фонарики весели на веранде, слегка покачиваясь на ветру. Марк оставил машину на мощеной подъездной дорожке, прошел мимо пышных кустарников и поднялся на крыльцо.
Он глубоко вздохнул, чувствуя неуверенность. Сжав руку в кулак, приготовился постучать в дверь, но не успел — она сама отворилась внутрь, и на пороге появился хозяин дома.
Марк почему-то не сомневался, что перед ним именно Донг Фай. Сгорбленный старик с копной седых волос, одетый в домашний шелковый костюм, подслеповато сощурился и посмотрел на незваного гостя снизу вверх.
— Ну заходи, раз пришел, — сказал он скрипучим голосом на чистом русском и, развернувшись, пошел вглубь дома.
Марк, которого ситуация вогнала в ступор, ожил и направился вслед за Донг Фаем.
Старик провел его в уютную гостиную, которая напомнила кабинет Таланова в Библиотеке — тоже куча старых шкафов, книг и прочих искусных и видимо ценных вещей. Вот только на стенах и потолке здесь были начертаны странные знаки и иероглифы.
Марк остановился посреди комнаты, разглядывая убранство гостиной, а хозяин дома тем временем исчез за дальней дверью.
Голицын с открытым ртом изучал символы, начертанные черной и красной краской на деревянных панелях, и даже узнал парочку из них.
Старик принес поднос с чайником, двумя глиняными чашками и вазочкой с печеньем и поставил его на столик возле камина, жестом пригласив Марка занять одно из глубоких кресел с высокими спинками.
Марк сел.