Они с миссис Сноуден одновременно оказались у двери, и впервые с того дня, что они познакомились, несгибаемая секретарша почти оттолкнула Джека и ворвалась в комнату первой.
— Мистер Мейтленд! — почти взвизгнула она. Ной в это время вел телефонные переговоры с президентом французской авиакомпании и, нахмурившись, показал на мигающие кнопки двух остальных каналов: очевидно, нетерпеливые абоненты ждали ответа.
— Простите, что перебиваю, — не успокаивалась миссис Сноуден, — но Парис Рейнолдс звонит уже второй раз.
Говорит, что дело крайне важное.
Ной поспешно попрощался с французом и хотел было переключиться на другую линию, но Джек стиснул его руку:
— Погоди, Ной. Мне нужно кое-что тебе сказать. Ной недоуменно покосился на приятеля:
— Да что это с тобой, Джек? Какого черта…
— Она коп, Ной.
За все годы, которые они пережили вместе, Джек ни разу не видел, чтобы Ной Мейтленд был так мгновенно выбит из колеи. Обычно в критических обстоятельствах он словно черпал откуда-то энергию и действовал молниеносно, предотвращая несчастье, распутывая сложную ситуацию, решая самые трудные вопросы.
— Ты спятил, — бросил наконец Ной, снова потянувшись к трубке. — Слоан боится оружия.
— Да очнись же, Ной! — резко бросил Джек. — Она детектив полицейского участка Белл-Харбора. Не знаю, что ей тут понадобилось, но, по всей видимости, выполняет чье-то задание.
Хоровод ярких картин закружился перед глазами Ноя.
— Когда ее арестовали? Хорошо, только успокойся. Твой отец расстроен, вот и несет всякий вздор. Сейчас все улажу и перезвоню.
Он повесил трубку и обернулся к Джеку.
— Что ты обо всем этом думаешь? Почему ей понадобилось лгать? — бесстрастно спросил он, но, прежде чем Джек попытался что-то предположить, в дверях снова возникла миссис Сноуден.
— Росс Халперин звонит. Он в полной панике. Заикается и что-то бормочет.
В комнату, едва не сбив секретаршу с ног, ворвалась Кортни.
— Слоан арестовали! — взвизгнула она, бросаясь к телевизору.