И прежде всего от боязни утонуть в очаровании вечера и моего кавалера и страха совершить то, о чем я могу потом очень сильно пожалеть.
– Боишься? Да, Эм? Пытаешься защититься от меня? – подмигивает Илья, опуская свою руку на мое плечо и прижимаясь ко мне своей мощной грудью.
– Да, я смотрю ты еще тот психолог, – цокаю в ответ и язвлю. – Оказываешь помощь только на выезде взрослым тётям или есть свой кабинет?
– Не-е-е-е…Психология не моё от слова совсем, - уткнувшись в мою макушку, говорит Илья. – У психолога должны быть холодными и разум, и сердце.
– Чем же ты занимаешь?
– Я? Да, в принципе, ничем… Так жизнь куражу помаленьку… Виндсерфинг… Яхтинг… Мотогонки… Красивые женщины… Короче, бездельничаю…
– Серьезно? А живешь на что?
– Живу? На то, что Бог пошлет и люди добрые… Эм, не заморачивайся о пустяках…
– Подожди… На все, что ты перечислил нужно же зарабатывать. Ведь это все стоит дор…
Договорить не успеваю, потому что Илья сбивает меня с толку своей следующей фразой:
– Эм, ты когда-нибудь танцевала под луной?
Вместо слов качаю отрицательно головой и смотрю на него в ожидании, что еще выкинет это неординарный мужчина.
- Ну, значит будем танцевать. Кавалеры приглашают дам на танцевальный раут, - с улыбкой говорит Илья,
играя ямочками на щеках и протягивая мне руку.
Смеясь, принимаю приглашение.
Пока поднимаюсь с его помощью, очень тихо начинает звучать приятная медленная музыка.
Илья мягко обнимает меня.
И я позволяю себе окончательно расслабиться в его руках.
Кладу голову на его грудь. И дополнительно к музыке и звукам летнего вечера слушаю четкие мерные удары в мужской груди.
И мне кажется, что мы с Ильей двигаемся в ритме, который задает его сердце.
И на меня во время нашего танца нападает такая вселенская нежность, что хочется обнять и расцеловать весь мир.
И еще поблагодарить того, в чьих объятиях я снова чувствую себя живой…
И я себе в этом не отказываю:
– Илья, спасибо тебе огромное, что вытащил меня на прогулку и затащил на эту гору.
Пока говорю чувствую, как на мой затылок ложится горячая мужская ладонь.
И как ни странно, но у мне даже не возникает желания отодвинуться или убрать её.
Не хочется, потому что от этого его жеста появляется ощущение защищенности.