Заведение находится в историческом центре города, напротив администрация города, банки, солидные конторы — и никакой конкуренции, если не считать забегаловки, торгующие гамбургерами и газировкой.
Хозяину повезло: он застолбил это помещение, сделав из него конфетку, и работал на качество. Как итог — за десять лет это едва ли не самое престижное заведение, где часто обедают все сливки города.
Я пересчитываю купюры, оставленные Селезнем, и перевожу взгляд на любопытную мордаху Насти.
— Без чаевых.
— В смысле? Касатик и не оставил ничего? — смотрит неверяще.
— А расплачивался сегодня не он, — вылетает нервный смешок.
— Охренеть! А я еще предлагала подменить тебя. Сочувствую, подруга. Бывает.
Настя разочарованно уходит, а я понимаю, что если и надо мне сочувствовать, то точно не по поводу недополученных чаевых.
Глава 2
Домой я возвращаюсь после одиннадцати вечера. В квартире тихо, только в ванной за закрытой дверью слышен шум льющейся воды. Ритка — подруга, с которой мы делим съемную жилплощадь, — принимает душ.
Скидываю обувь и в первую очередь иду в спальню к сыну. Ромка спит, раскинув руки. На лбу капельки пота, волосы взмокли. Это хорошо, значит, не заболел. С утра сын плохо себя чувствовал, сопливел, и я боялась, что в течение дня у него поднимется температура. Слава богу, обошлось.
Дверь ванной распахивается, выпуская клубы пара, как из парной, и замотанную в полотенце Риту.
— Пришла? — шепчет она из коридора.
— Угу, — отзываюсь я.
Вытираю ладонью пот со лба Ромки, поправляю одеяло.
— Все хорошо? Он не жаловался на сопли? Горло? Кашель? — спрашиваю, выходя из спальни.
— Нет. Все норм. А у тебя как дела?
— Да тоже… ничего.
— Клиент попался вредный? — тут же замечает паузу в моем ответе подруга.
— Хуже.
— Тебя уволили? Не пугай!
Переживать Ритке в случае моего увольнения есть о чем. Во-первых, сразу встанет вопрос об арендной плате с ее стороны.