Письмо моё, дочь, половцы, возможные обвинения со стороны старой княгини.
Но такое сложилось ощущение, что он специально игнорирует выскочку. Да и чёрт бы с ним, я с удовольствием отдыхал дома, тренировался, общался со своими людьми. Думал о предстоящих планах.
На пятый день с полудня тульская колонна двинулась из замка обратно в своё княжество через нашу деревню. Кареты, витязи, войска и маги потянулись под палящим солнцем, ослепляя блеском доспехов и вышивки на знамёнах. Но мне уже было не интересно смотреть на них с дороги и глотать пыль.
В той колонне и злобная магичка–огневичка Чернава, и моя новая подруга Веселина. Первую глаза б мои не видели. А вот с баронессой, что не поговорили по душам, жаль. Надеюсь, еще представится возможность. Я бы в Тулу съездил погостить.
Дарья ко мне поднимается, деловая колбаса. Устраивается рядышком.
По полдня гуляет по округе, информацию мне собирает, сплетни, слухи, интриги. Шпионит в Каменцах.
— Уезжают гости дорогие, ноги уносят, — комментирую, вздыхая. — А как же свадьба нашего княжича и тульской княжны? Деревню ж от сплетен разрывало. Не понравилась дурнушка ловеласу?
— Скажешь тоже, — усмехнулась магичка. — Слышала от витязей, что в Орле договорились сыграть через месяц. Гостей соберут, князей соседских. Как раз о половцах и поболтают.
— Кстати, что узнала в Каменцах? Какие слухи?
— Орда половская Ростовские земли разоряет, вот что.
— То есть как? — Встрепенулся.
Это в мои планы не входило!!
— А так, — посмеивается горько. — Прикажет князь тебе с Малорыжково дать тридцать мужчин с мечами, десять с луками и пятерых на конях. И поведёшь отряд князю в распоряжение. А ты что думал? Отсиживаться будем? В тот раз я мелкая была, но помню, как твой отец мужиков отправлял на войну, а бабы выли, провожая.
— Прости.
— Не стоит, я горжусь своим братом. Он за землю русскую дрался и победил.
— Так и когда всё это станет известно? Собираемся на драку или нет?
— А это от врага зависит, — отвечает Дарья деловито. — Но если обмозговать, месяца два ещё есть. А там осень наступит, дожди дороги размоют, глядишь, половцы увязнут с награбленным в Курских землях и отступят к зиме. Им холода наши, что смерть.